Изменить размер шрифта - +
Веселье било через край. Оно было искренним и демоны, которые, оказывается, очень ценили спокойствие, в родном кварде вели себя иначе, чем даже в Столице. Здесь в их поведении не было агрессии, они даже улыбались! Вот неожиданность — тут обожали веселиться, видимо, пытаясь простыми радостями жизни заменить душевную пустоту.

На ярмарке Кэсс вдоволь накаталась на «адской сковородке» — там желающих привязывали по двое-трое, и кидали на огромного размера платформу, которая крутилась и подбрасывала их вверх, как блины. В это время огненные саламандры бегали по кричащим от восторга «грешникам», щекоча пятки, коленки, и вызывая приступы хохота.

А ночью небо Ада стало багрово-черным от постоянно взметающихся вверх искорок магического огня, и в воздухе пахло чем-то сладким. Здесь было хорошо! Веселье без причины, шумная суета, лакомства… И в груди просыпались ощущения из далекого детства: безмятежная радость и уверенность в том, что все непременно будет хорошо.

Квардинг показал нииде старый парк, в котором жили удивительные существа. Он называл их ремиреями. Вблизи удалось увидеть только одного. Правда, демон, прежде чем вести спутницу в полумрак деревьев, предупредил: они идут на охоту. Однако не сказал, на кого именно. Несчастная занервничала. Ей совсем не хотелось убивать. Да и прыгающее с ветки на ветку существо было трогательно непоседливым. Похожее на маленькую белку, с такими же смешными кисточками на ушах и пушистым хвостом, оно забавно юлило и бросалось шишками. Сердце наблюдательницы сжалось, когда Амон натянул лук, беря ремирея на прицел, и тихо засвистел. Пушистый зверек замер, оглянулся и, широко взмахнув хвостом, замер в напряженной стойке.

«Что ты делаешь?» Кэсс помнила запрет на разговоры в лесу и поэтому задала вопрос мысленно.

«Играю». Свистнула стрела, звякнула тетива. И пушистый обитатель чащи задорно взмыл вверх, вспыхнув пламенем. Хруст, и довольный ремирей кидает на землю обгорелый кусок стрелы, снова машет хвостом и вновь застывает в ожидании.

«Теперь ты. Целься чуть выше и немного в сторону — так ему будет интереснее».

Она не могла целиться. Она смотрела на своего спутника. Он не был демоном. В этот день не был. Совсем. Он улыбался. Как же красиво он умел улыбаться! И на левой щеке проступала ямочка, которой постоянно хотелось коснуться. А когда он опускал глаза, чтобы достать из маленького колчана стрелу, казалось, будто в его ресницах запутались огненные искры, рассыпанные ремиреем.

…Легкое прикосновение к плечам вернуло девушку из воспоминаний обратно в спальню к догорающему камину и ласкающему теплу мехового ковра. Квардинг опустился на ковер.

— О чем задумалась? — мягко спросил он, перебирая гладкие огненные пряди.

— Вспоминаю ремирея.

— Понравился?

— Да, — Кэсс закрыла глаза. Так хорошо ей никогда не было. — Не хочу отсюда уходить.

Хозяин покоев вздохнул, ничего не ответив, но глаза пожелтели.

— Моя? — слегка потянул он её за волосы.

Рабыня молчала, не отвечая.

— Моя? — уже сильнее дернул он, а в голосе прорезался рык.

И снова тишина. Зная только один способ подчинения, Амон опрокинул девушку на спину и впился губами в шею. Горячие руки отправились в путешествие по телу, вот они подняли бедра, обжигая жаром прикосновений. Кэсс закусила губу от хмельного и запретного удовольствия.

— Моя?

Жесткая ладонь скользнула под поясницу, надавила, заставляя изогнуться. Ниида рванулась, зная — освободиться ей не позволят.

— Амо-о-он, — застонала девушка, когда демон вторгся в ее тело, и выгнулась, стараясь быть ещё ближе. Он не позволил. Резкий толчок, и хриплый от желания голос, рычащий на ухо:

— Моя?

Она не знала, как смогла вывернуться, но через миг оттолкнула тяжелое сильное тело, перекатилась, подминая его под себя.

Быстрый переход
Мы в Instagram