— Согласен я, согласен! — едва не выкрикнул Бурый, боясь, что Сатар передумает.

— Хорошо! — вновь усмехнулся Сатар. — Иди к дому, я пойду сзади. Свети фонарем прямо вперед, так, чтобы меня не было видно за тобой. Входная дверь на сигнализации?

— Да.

— На какой?

— Если дверь или любое окно, или чердачный люк открываются, сигнал сразу поступает в комнату охраны. Включается монитор, на котором мы видим, где именно пытаются прорваться налетчики. И соответственно реагируем.

— Ясно. Сколько охранников в доме?

— Ты же, наверно, видел. Пятеро...

Сатар почувствовал, что парень врет.

— Не хочешь ты жить! — оскалился Таранов. — Не хочешь, Буренький! Хочешь пойти на говядину, как буренка!

Револьвером Сатар сильно надавил на глаз уголовника. Этого было достаточно: бандит, вздрогнув всем телом, чуть не рухнул на колени от страха. Таранов едва удержал его.

— Стоять! Фонарь держать прямо! Вдруг из дома наблюдают!

— Прости, Сатар! — взмолился Бурый. — Я тебя последний раз обманул! Больше не повторится!

— Так сколько?!

— Пятеро и еще трое на втором этаже! Не считая шефа!

— Мишки?

— Да.

— Отлично. Ладно, топай. Введешь меня в дом без шухера — останешься жив. Ну, пошел! И учти — стреляю я без промаха!

Бурый двинулся к зданию. За ним, невидимый в темноте, особенно плотной из-за яркого света фонаря, шел Сатар. По дороге он беззвучно перезарядил свое оружие.

Из дома за ними действительно наблюдали. Однако, как Таранов и рассчитывал, не смогли разглядеть сквозь тьму и густые заросли, что произошло. Но, когда четыре фонаря погасли, бандиты насторожились.

— Бригадир! Бурый! — Окликнули они своего командира, подходившего к дверям дома. — Что там произошло? Где пацаны застряли? Почему выключили свет?

— Кота хотят поймать, — брякнул Бурый первое, что пришло в голову. — Он ручной, но фонарей боится. Вот и потушили. Открывайте!

Дверь ему открыли.

Приотставший и спрятавшийся за ближайшим деревом, Сатар вскинул револьверы. Двумя выстрелами он сбил торчащие над дверью видеокамеры слежения. Сам тотчас рванулся вперед. Гигантскими скачками подлетев к дому, отбросил с дороги Бурого, походя оглушив его ударом рукоятки, и ворвался внутрь помещения. Столпившиеся в предбаннике бандиты ничего не успели понять: Сатар открыл огонь с двух рук, по-македонски, почти одновременно прикончив всех пятерых.

Таранов сразу сообразил: шум падающих тел, вскрики и стоны умирающих, а более всего — отключение камер слежения не могли не всполошить охранников со второго этажа. Сатар торопливо осмотрелся. Наверх вела узкая крутая лестница. Таранов мгновенно нырнул под нее. И вовремя: по лестнице уже кто-то сбегал.

— Пацаны! — раздался встревоженный голос. — Пацаны!

«Человек один, — понял Сатар по звуку шагов. — Плохо...»

В этот момент шаги замерли приблизительно на середине лестницы.

«Увидел трупы, — подумал Таранов. — Надо кончать его, пока не поднял крик...»

Коротким прыжком выскочив из своего укрытия, Сатар выстрелил. Пуля попала бандиту в висок. Парень покатился вниз по ступенькам, даже не застонав.

Таранов бросился во двор. Подбежав к распростертому, только-только начавшему приходить в себя Бурому, Сатар несколько раз хлопнул его по щекам. Издав нутряной хрип, блатняк очнулся.

— Вставай! — прошипел Сатар. — Отведешь меня на второй этаж, в комнату охраны. Ну, шевелись!

Бурый послушно поднялся, двинулся вперед. Когда бандит перешагивал через трупы своих товарищей, Сатар почувствовал волну ледяного ужаса, исходившую от пленника.