— Куда вы, Инга? —спросил Сашка озабоченно. — Вам есть где ночевать? Ведь вас могут не пустить в ваше общежитие! Поздно уже!

— Какая разница? — огрызнулась девчонка. — Переболтаюсь до утра! Лето на дворе, не замерзну!

— Вот что, Инга, — рассудительно начал Таранов. — Поедете ко мне.

— Ага! Жди! — грубо перебила она. — Я не шлюха вокзальная!

— Да нет, что вы... — смутился Сашка. — Я без всяких... Просто живу я один, а комнат у меня три. Любая из двух свободных — ваша! И клянусь — никаких приставаний!

— Даете слово? — улыбнулась наконец Инга.

— Даю! — произнес Таранов торжественно.

— Ладно, верю, — смягчилась девушка. — Едемте. Ловите мотор.

— Такси? — смутился Таранов. — Все деньги мы просадили... Дома-то, конечно, есть... Но я так не люблю объясняться с водилами, говорить, мол, сейчас вынесу, а они смотрят как на жулика... Может, все же метро? Еще успеем, если поторопимся...

— Нет, никаких метро! — отрезала Инга. — Деньги есть у меня — те самые триста рублей. Мне их мать прислала, чтоб я сняла себе квартиру. Не могу в общаге своей, с начальством не поладила, житья не дают... Ну да ладно! Ловите тачку, Александр Васильевич!

Когда подъехили к Сашкиному парадному, Инга незаметно сунула в руку Таранову необходимую для оплаты проезда сумму.

— Плати! — шепнула она.

Сашка расплатился. Они выбрались из такси. Машина отъехала.

— Я сейчас же отдам! — засуетился Таранов. — Вот только поднимемся.

— Брось ты, Саша! — рассмеялась Инга. — Какие мелочи... Скажи, у тебя еще выпить найдется?

— Обязательно, — кивнул он. — Есть венгерский вермут, водка...

— Годится! — махнула рукой Инга. — Что угодно годится, я пью все подряд. А ничего, что я тебя на «ты»? Не обижаешься, Александр Васильевич?

— Что ты... — улыбнулся Сашка. — Я счастлив...

— А почему ты один живешь? — спросила Инга в лифте. — Где твои родители? Разменялся, или уехали куда?

— Умерли, — опустил голову Таранов. — Они старенькие были...

— Извини... Давно умерли?

— Полгода.

— Соболезную. А мои вот живы, слава богу. Отец, правда, пьет как извозчик, а мать... Ну ладно, не будем.

Они уже стояли у Сашкиной двери.

— А сейчас мы с тобой войдем и сразу выпьем на брудершафт! — объявила Инга. — И обязательно с поцелуем! Чтобы узаконить нашу дружбу!

— Проходи в гостиную, — предложил Таранов, отперев квартиру и пропуская девушку вперед. — Я сейчас все приготовлю.

Вскоре они действительно пили на брудершафт.

— Ну, теперь целоваться! — Инга взяла Сашкину голову обеими руками, притянула к себе и впилась губами в его губы.

Таранов почувствовал, как невыносимо сладкая волна заливает, обволакивает мозг и тело.

— Ну все, все, Александр Васильевич, достаточно! — пробормотала девчонка, с трудом отстранившись. — Ты обещал не лезть. Я сегодня не в форме.

— А завтра? — ляпнул Сашка и сам испугался своей смелости.

— Завтра посмотрим! — обещающе улыбнулась Инга. — А ты шикарно живешь, Саша! — добавила она, оглядев комнату.

— Наследство... — буркнул Таранов. — Скажи, ты ведь, как я понял, в медицинском учишься? Это что — призвание?

— Черт его знает... — Инга чуть раздраженно пожала плечами. — Я вообще-то дипломированная медсестра. У нас в школе было такое своеобразное учебное производство — санитарками вкалывали.