Изменить размер шрифта - +

— Ну… мало ли. Может, кто на острове ещё есть.

— Есть, — кивнул я серьёзно. — Крокодил. Вон там, в камыше. Только он людей не любит. Точнее любит, и даже очень, но тебе его «любовь» не понравиться, у него чисто гастрономический интерес.

Лёха завис на секунду, потом понял, что я шучу, и хмыкнул:

— Ну тебя…

Старший на него даже не посмотрел. Он смотрел на меня.

— Ты не похож на человека, который просто «один отдыхает», — сказал он спокойно. — Лагерь поставлен нормально. Всё продумано. И при этом — ты без запасов.

Я пожал плечами.

— Запасы были. Закончились. Я тут давно отдыхаю.

— И ты решил остаться? — уточнил он.

— А куда спешить? — сказал я. — Тут тихо. Рыба есть. Никто не достаёт. На работу не надо.

Лёха осторожно вставил:

— И никто не ищет?

Я перевёл на него взгляд. Он сразу притих, но вопрос уже прозвучал. Я усмехнулся.

— Я что, похож на того, кого ищут? Если бы это было так, я бы просто дал вам утонуть, а не тащил бы сюда.

Лёха замялся:

— Ну… не знаю… ты как-то…

— Как? — спокойно спросил я.

Он замолчал, не найдя слова. Старший его выручил:

— Осторожный ты какой-то.

Я кивнул.

— Правильное слово. Я осторожный. Люди вы мне малознакомые, происхождения неизвестного. Выловил вас как лягух каких из протоки, и ничего про вас не знаю. А вдруг вы безобразничать начнете? Кто вас знает?

Повисла пауза. Они оба ждали, скажу ли я что-то ещё. Я не сказал. Виктор Ильич понял. Кивнул чуть заметно и тему закрыл.

— Понял, — сказал он. — Значит, просто один.

— Просто один, — подтвердил я.

Лёха всё-таки не удержался:

— И не скучно?

Я посмотрел на него.

— Ты вчера ночью не скучал?

Он сразу усмехнулся:

— Всё, понял. Вопрос снят.

Я хмыкнул. Некоторое время сидели молча. Потом старший аккуратно сменил тему:

— Нам в лагерь надо вернуться. А потом вообще, как-то бы выбраться из этого камышового рая.

— Знаю, — сказал я.

— Там у нас всё осталось. Еда, одежда, снаряга, всё в общем.

Я кивнул. Это и ежу было понятно. Пешком с моего острова не уйдешь, вплавь — тоже. Не останутся же они со мной жить? Ни им это не надо, ни тем более мне. Нужно как-то расходится краями, желательно к обоюдному удовольствию. И без меня им не справиться. Нашел я геморрой на свою задницу, теперь не отвертеться. Прав был Экзюпери — мы в ответе за тех, кого приручаем.

Лёха добавил:

— Мы сейчас вообще пустые. Ни жратвы, ни шмоток, ни лодки.

Я посмотрел на них, потом на воду.

— Далеко лагерь?

— На веслах, наверное, часа два ходу, — ответил старший. — Если знать дорогу.

Я немного подумал. Потом вздохнул обреченно, и сказал:

— Довезу.

Они оба сразу с надеждой посмотрели на меня, но я тут же добавил.

— Завтра с утра. Сегодня отдыхаете. Вы и так в воде ночь сидели, а если сейчас мокрую одежду напялите, заболеете к чертям собачим. Да и сил бы вам набраться, выглядите как трупаки ожившие.

Лёха даже не стал скрывать облегчения:

— Спасибо…

Старший сказал просто:

— Благодарны будем.

Я махнул рукой.

— Да ладно. Без меня вы всё равно отсюда не выйдете.

Он кивнул.

Быстрый переход