— О мисс Ловатт, — сказала она, когда Ким подошла поближе, — мистер Фейбер хочет, чтобы вы обедали внизу вместе с остальными. Он только что просил меня передать вам, чтобы вы не принимали во внимание его предыдущие слова.

Если Ким удивилась, то виду не подала. Она только тихо, но очень твердо ответила горничной:

— Очень хорошо, Флоренс. Сообщи мистеру Фейберу, что ты выполнила его поручение, но я уже распорядилась подать обед наверх.

Ким подождала, пока полностью не удостоверилась, что несколько затянувшийся обед подошел к концу, и вся компания, собравшаяся в столовой, перешла в гостиную пить кофе. Только тогда она спустилась в библиотеку, чтобы поменять книгу для миссис Фейбер. Проходя через холл, она столкнулась с Бобом Дунканом, который возвращался в столовую забрать забытый там портсигар. Боб посмотрел на нее с таким укором, что она совсем смутилась.

— Что это значит? — решительно заговорил он. — Почему вы обедали наверху? Я понимаю, миссис Фейбер больна, и кто-то должен быть рядом, но у нее есть сиделка и личная горничная, так зачем еще и вы? Насколько я понял, вы приехали сюда, чтобы исполнять обязанности секретаря?

Он был так возмущен и раздосадован, что это даже позабавило ее. Но чтобы он не подумал, будто владельцы Мертон-Холла поступили с ней несправедливо, она попыталась объяснить ситуацию.

— Я решила поесть наверху. К обеду пригласили нескольких гостей, поэтому я подумала, что так будет лучше.

— Нескольких гостей? — Боб чуть не поперхнулся. — Одним из них был я! А вам даже не пришло в голову, что я буду искать встречи с вами! Или нет? — Он подозрительно взглянул на нее. — Надеюсь, вы не избегаете меня, — спросил он, слегка покраснев. — Знаю, что порой бываю очень прямолинеен. Я ждал, когда миссис Фейбер станет немного лучше, чтобы пригласить вас куда-нибудь — вы, наверное, догадываетесь об этом! Но я вовсе не бесчувственный, и если вы предпочитаете избегать меня…

— Конечно, нет, — сказала Ким и для большей убедительности прикоснулась к его руке. — Как вы могли такое подумать?

Боб печально пожал плечами.

— Это оттого, что я немного неотесан, сам знаю — Стоит мне только пригласить девушку на танец, как я тут же наступаю ей на ногу, а если не танцевать, то ей быстро становится скучно со мной. Я хорош только на своей работе — вот и все мои достоинства. Спросите любую местную девушку — и она вам скажет!

В голубых глазах Ким внезапно заплясали огоньки, а на щеках появились ямочки.

— Итак, вы самый настоящий сэр Галахад (один из рыцарей Круглого стола), не так ли, мистер Дункан? — игриво произнесла она. — Спросите любую местную девушку?… А сколько всего этих местных девушек?

— Я имел в виду совсем другое. — Стремясь убедить собеседницу, Боб крепко схватил руку, касавшуюся его рукава.

Ким двинулась в сторону библиотеки, а он вместе с ней. Смеясь, она попыталась высвободить пальцы, но никак не отпускал их.

— Вы меня совершенно неправильно поняли! Я вовсе не настолько самоуверен, чтобы вообразить, будто любая девушка захочет пойти со мной, но были одна или две… Хотя совсем не такие, как вы, — воскликнул он, пожирая ее глазами. — Я до сих пор не встречал таких, как вы, Ким…

— Кажется, я вам не давала разрешения называть меня Ким.

Видимо обед прошел очень хорошо, наверняка подавали отличные вина, включая шампанское, и несколько вольные манеры Боба свидетельствовали о том, что он отдал ему должное и, безусловно, той же самой причиной объяснялся его отказ отпустить ее руку. Она сказала, что ей нужно поменять книгу, и Боб сумел открыть дверь библиотеки, все еще крепко сжимая ее пальцы и громко выражая свое мнение, что Ким — совершенно восхитительное имя, когда они оба поняли, оторопев, что библиотека вовсе не пуста, как предполагалось.