Фелис мяукнула. Подошла к миске с водой, стала лакать. Она плеснула водки на кубики льда.

– "В поисках будущего", можно сказать, – мое детство, – заметил он. – В то время постановочная группа спектаклей перебралась на восточное побережье. Отец был против – не отпустил ее, поэтому она вынуждена была выступать в "мыльных операх" – "Путеводный свет" и "В поисках будущего". Адский труд... Репетиции утром, запись, подготовка программы на следующий день. Приезжает домой и снова – зубрежка сценария, репетиции... И так до бесконечности! Практически я ее не видел, кроме как по телевизору. Фантастическая была актриса! Сама жизнь... Год – "Путеводный свет", и шесть лет – "В поисках будущего".

Она долила водку тоником.

– А ваш отец, чем он занимался?

– Он был председателем совета директоров корпорации "Юнайтед Стейтс Стил".

Она взглянул на него. Он улыбнулся.

– Догадываюсь, о чем подумали, – сказал, – что он использовал свое влияние, чтобы проталкивать ее на ведущие роли. Нет! Он не делал этого. Ни в "Часе Юнайтед Стейтс Стил", ни в "Крафтовом театре". Большинство акций "Крафта" тоже ему принадлежали. Что касалось ее карьеры, он был щепетилен. Упаси Бог вмешиваться! Она придерживалась такой же политики. Да это и не нужно было – Теа Маршалл великолепно играла.

Она нарезала лайм ломтиками. Спросила:

– У вас есть брат или сестра?

– Нет. А у вас?

– Брат. Моложе меня. – Фелис стала точить когти о пробку, поглядывая на нее.

– Хорошая коша! Умная коша! – сказала она и повернулась к шкафчику.

– Напрасно вы сейчас даете ей лакомство, не за что! – сказал он. – Пусть она по-настоящему когти поточит. Видите, ждет вашей реакции. Притворщица!..

Придерживая дверцу, Кэй посмотрела на него, на Фелис. Та по-прежнему стояла на задних лапах, вцепившись когтями передних лап в пластину – все внимание на хозяйке.

– Похоже, вы правы, – сказала она, закрывая дверцу.

– Простите меня, Фелис! – сказал он. Фелис посмотрела на него. На нее. На него. Они прыснули.

Фелис перестала терзать пробку, пошла в прихожую. Хвост с черной отметиной на конце – трубой.

– Ого! Кажется, я нажил себе врага, – сказал он.

– Ничего, забудет, – заметила она, улыбаясь. – Вы правы, она меня дурачит. Такая хитрющая бестия.

Подала ему стакан в окошечко.

– Спасибо, – он приподнял стакан. – Ваше здоровье!

– Взаимно, – ответила она.

Они улыбнулись друг другу и пригубили напиток. Повернувшись, она пошла к двери, сказала на ходу:

– То, что Сэм Эйл живет в этом доме, нельзя считать совпадением. По крайней мере я так думаю.

Раздался звук разбитого стекла. Водка с тоником, лайм, лед – все оказалось на полу. Она остановилась.

– Идиот! Какой же я медведь!

– Не огорчайтесь, – сказала она. Поставила свой стакан и пошла за бумажными полотенцами. – Вы второй человек, сделавший то же самое за минувшие сутки.

Намок край ковра и отвороты брючин. Оба, наклонившись, собирали осколки стекла, промокали лужу на паркете. Подошла Фелис. Стояла и смотрела.

– Стакан вот ваш раскокал, – сказал он.

– За квартиру недоплачу в следующем месяце – куплю новый, – отозвалась она.