Минут, должно быть, через пять Валерий Васильевич вернулся. Теперь на нем был синий тренировочный костюм, теннисные туфли. На проигрыватель он не обратил никакого внимания. Опустился в кресло и сказал, обращаясь к Ирине:

- Скажи, Ириш, маме, что есть мне вредно. Как доктор скажи... Мне бы чаю. Пить хочется...

- Насколько я понял, - обратился ко мне Валерий Васильевич, - вы старый фронтовой друг Петра Максимовича и Гали?

- Старый? Теперь, пожалуй, древний уже друг.

- Что ж раньше у нас не бывали?

- Да вот казнился уже перед Галей. Жизнь заматывает. Все думаешь, завтра, послезавтра... А время бежит.

- Вы машину водите? - неожиданно спросил Валерий Васильевич.

- Какую? - не понял я.

- Обыкновенную - автомобиль.

- Вожу.

- Просьба у меня: я попозже Игорю ключи дам, чтобы в гараж загнал, присмотрите за ним?

- Вы что ж, своим ходом доехали? - удивился я.

- А что делать, не бросать же ее на работе?

Странное впечатление производит на меня этот человек - внешне суровый, пожалуй, даже неприветливый, немногословный и вместе с тем в нем просматривается какая-то затаенная, уверенная сила и едва уловимая мягкость.

Вернулись в комнату Галя, Ирина, пришел Игорь, мы пили чай. Валерий Васильевич с удовольствием ел "Мишки" и аккуратно складывал конфетные бумажки в фантики. Разговор был самый незначительный. Как бы между делом Валерий Васильевич сказал:

- У меня к тебе просьба, Игорь, попьешь чай, пожалуйста, загони машину в гараж, - и протянул Игорю брелок с ключами.

Первой отреагировала Галя:

- Ты сам приехал? С ума сошел!..

Ирина поглядела на Карича с удивлением.

Игорь взял ключи и поднялся:

- Сделаю.

- Не спеши, чай допей.

Мы спустились во двор вместе с Игорем, я спросил:

- Машину давно водишь?

- Не очень-то вожу, по двору вперед-назад пробовал.

- И получается?

- Пока что скандал получился. Я сел, когда он ключи забыл, ну тронулся. Проехал метров десять. Мать чуть голову не оторвала - почему без спроса? А задавил бы кого-нибудь, что тогда...

- А Валерий Васильевич что сказал?

- Ничего, он не больно разговорчивый. Сказал: сцепление плавнее отпускай и газу надо меньше.

У подъезда стоял вишневый "Жигуленок". Игорь уселся за руль, запустил мотор и очень осторожно тронулся с места. Он объехал палисадник, не переключая скорости, и остановился против ворот гаража. Пока Игорь отпирал и распахивал ворота, я пересек палисадник напрямую и подошел к машине.

- Будете руководить? - знакомо противным голосом спросил Игорь.

- Не буду. Ты только сдай малость назад, чтобы не с разворота въезжать, а с прямой, с прямой легче.

Он сделал все как полагается и собрался уже замкнуть ворота на замок, когда из темноты вынырнула долговязая фигура.

- Привет! Катаешься? Силен! Достигаешь...

- В гараж только загнал...

- И то... Доверие! Может, рванем кружочек?

Парень не видел меня. На всякий случай я не уходил...

- Ты что, Гарька, какой кружочек?

- Соображаешь: метр отъедешь, а Вавасич по шее врежет...

- Никто не врежет, только...

- Только коленки дрожат. Или нет?

- И ничего не дрожат, просто человека проводить надо, - и Игорь кивнул в мою сторону. Едва ли парень, которого он называл Гарькой, понял, о ком речь, но спрашивать не стал.

- Человека? И довез бы его до станции.

Игорь подошел ко мне:

- Может, вас правда до станции довезти?

- Не стоит, - сказал я, - лучше пройтись.

Мы пересекли палисадник, и я остановился у парадного. Игорь вопросительно посмотрел на меня.

- Поднимись, доложи - задание выполнил; собираешься меня провожать, предупреди, а то мама беспокоиться будет.

- Не будет.