- Здравствуйте, - сказал Игорь, - я тут захватил, - и он подал мне конверт, в котором оказалось десятка полтора красивых марок, больших и ярких, как заграничные бутылочные этикетки.

- Зачем, Игорь? Я же не собираю.

- Но вы сказали, что привезли с полюса для друзей, может, и эти кому-нибудь пригодятся.

- Запомнил. Ну хорошо! Спасибо.

Мы вошли в комнату, Игорь огляделся. С мальчишеской непосредственностью он рассматривал мои "трофеи" - кокосовый орех, привезенный из Малайзии, модели самолетов, подаренные ребятами, коллекцию авиационных значков, но больше всего его заинтересовал аэрофлотовский билет Тикси - Северный полюс.

- Это вот так запросто билет на СП выписывают?

- Не совсем запросто, но выписывают.

- Интересно! А на полюсе здорово?

- Как сказать - работают люди, привыкают, теперь не то что раньше, но все равно льды остаются льдами, и подвижки подвижками, и полярная ночь не стала короче, и трещины... Словом, трудно.

И тут полярная тема оборвалась: в дверь зазвонили частыми короткими звонками. Так, поднимая тревогу, является в дом только моя дочь.

Тане двадцать три года, она закончила университет, второй год замужем, но все, кто видит ее впервые, спрашивают: "Девочка, а ты в каком классе учишься?" Сначала она огорчалась своему невозможно щенячьему виду, потом привыкла и великолепно научилась разыгрывать и мистифицировать мало или вовсе незнакомых людей.

- Гость? - спросила Татьяна, едва войдя в комнату. - Петелин? Дяди Пети сын. - Она бросила в кресло красную защитную каску, подошла к Игорю, обняла его и бесцеремонно чмокнула в щеку. - Давно бы пора приехать! Я про тебя сто лет слышу. - И ко мне: - Не помешала?

- Не помешала. Только почему такой вид, будто за тобой собаки гнались, - сказал я, - что случилось?

- Ничего не случилось, но обязательно случится, если ты не дашь мне двадцать пять рублей до пятнадцатого.

- Не понимаю.

- Надо хватать резину, а Вадька истратил все деньги на свои полупроводники. Понял?

- Понял, - сказал я, - сядь, чаю попьем, никуда резина не денется.

- Вот именно денется, разберут. Давай лучше так: мы с Игорем скатаем сейчас в магазин и быстренько вернемся. Поедешь? А то одной две покрышки не довезти...

И ребят словно ветром выдуло.

Вот так и оборвалась моя тщательно продуманная педагогическая атака.

Татьяна вернулась через полчаса без покрышек и без Игоря. Я встревожился.

- Надо же так нарваться! Только от магазина отъехали, свистит...

- Кто свистит?

- Ну ясно кто, гаишник. Козыряет, улыбается, требует права. Даю. Почему пассажир без каски? Ну что говорить? Давай глазки строить, так и так, еле уговорила - права отдал, а Игорю говорит: "На вашем месте, чтобы не ставить под удар такую девушку, я бы довез покрышки на троллейбусе". Куда деваться? Я поехала, а он потащился на троллейбус. Сейчас явится. Симпатичный он парень.

- Кто?

- Петелин.

Потом мы сидели втроем. И разговор метался от одного предмета к другому. Татьяна со страстью доказывала, какими преимуществами обладает мотоцикл "Ява" перед всеми прочими видами колесного транспорта. Игорь просвещал нас в области хоккея с шайбой и всячески издевался над спортивными комментаторами, которые, на его взгляд, двух слов связать не умеют и несут такую чепуху, что понимающему человеку делается просто тошно. Мне не оставалось ничего другого, как, придерживаясь общего тона, рассказать ребятам о своем увлечении - авиационных значках и географических картах, собирать которые я не устаю уже много лет...

- А хоккей ты только смотришь или сам играешь? - спросила Татьяна.

- Больше смотрю; играю, конечно, но так - во дворе с ребятами.

- Несерьезно. Хочешь, в спортивную школу устрою? - предложила Татьяна.