— Здесь красный главный! Цель по маркеру! Не подставляться!

Воткнув маркер на «Зевса», оценил полученные им повреждения: рука в красной зоне, — то есть фактически выведена из строя, торс с потерей до семидесяти процентов брони, и разбитая ракетная установка. Потрёпан прилично, но всё ещё представляет угрозу.

Дождавшись накачки единственного оставшегося орудия, я подвёл машину ближе к забору, на ходу отмечая что управление стало как-то «поживее». Отправил мысленный посыл Лисёнку, на что получил целый пучок «довольных» эмоций. Значит всё-таки осваивается, времени зря не теряет.

Ну а что, потерянную броню он конечно не нарастит, но какие-то не особенно запущенные мелочи, вполне может и поправить.

Выходить на открытое место не стал, чуть выставил плечо, так чтобы камерами «подсветить» обстановку.

Расстояние до цели совсем плёвое, чуть больше километра, и если мы хотим отбить эту атаку без жертв с нашей стороны, надо торопиться.

Убедившись что никто меня не «ловит», быстро вышел, прицелился, и едва успел «нырнуть» обратно, как сразу же прилетело по шпилю. Стрелял второй и, надо сказать, реакция у него отменная. Хорошо что не попал.

Зато мой луч вошёл чётко в корпус, что на таком расстоянии конечно же не было чем-то выдающимся. Урон небольшой, но со всем остальным что прилетело по чужой машине, получилось очень даже неплохо. Ещё один подобный заход, и «Зевсу» конец.

Оставалось дождаться перезарядки и скорректировать стрельбу.

Поставив машину так, чтобы обеспечить хоть какой-то обзор, хотел проверить резервные батареи, но обратил внимание на происходящее справа, и тут же в ушах раздался бас Виталика.

— Я подбит! Не могу двигаться! — громко объявил он.

Вот что значит боевой опыт. Один точный выстрел, и «Бешеный Кот» обездвижен. Да, через пару минут машина перестроится на резервные цепи, но пока этого не произойдёт, Кот будет отличной мишенью. Урон у ящеров дай боже, перезарядка орудий не чета нашим, поэтому времени у Виталика остаётся совсем пшик. Два или три таких же выстрела, и всё, робот будет уничтожен.

За всю свою боевую карьеру я ни разу не поддавался панике. Даже тогда, в том последнем бою, сохранил холодную голову до самого последнего момента.

А сейчас почти запаниковал.

— Катапультируйся! Не жди, тебя сейчас добьют!

Десяток выпущенных в упор стомиллиметровых снарядов пережить сложно даже при наличии толкового щитовика и полноценной брони, а в случае с Виталиком просто невозможно. Вот только катапультироваться он не будет, не бросит соседа по кабине — такого же юного пацана.

Дать общую команду открыть огонь? Но стрельба и так не стихает. Те доли секунды что я потратил на размышления, Петрович использовал с толком, полностью выведя «Леопарда» из укрытия, открыл огонь из всех орудий по ближайшему ящеру.

Манёвр понятен, — переключить внимание на себя, но с этими мастодонтами такое не пройдёт, слишком опытные вояки, их на «мякине» не проведешь, раз вцепились, теперь не отступят.

Решение пришло мгновенно. Если на почти не побитого «Леопарда» они не клюнут, значит надо предложить им нечто такое, от чего они не смогут отказаться.

С полдюжины красных индикаторов зажглись на панели, когда я перевёл накачку лазера в ускоренный режим. Штука действенная, но неприятная своими последствиями. Однако сейчас это неважно.

Стрелка индикатора зарядки стремительно полезла наверх, так же быстро повышая температуру в кабине. Какие-то мгновения, и жарко стало настолько, что глаза тут же залило потом. Наполовину ослепленный, я прищурился, вывел робота из укрытия, и уже не таясь, нажал на спуск.