— Астрис гриммар. Кивар тоже. Да и я по большому счету из тамошних. Поэтому наговаривать на своих друзей и делить их на вилан и гриммаров — стыдно тебе товарищ Рябой должно быть.

— Но ведь эти проклятые колдуны…

Я понял, что беседа имеет все шансы затянуться.

— А ну-ка присядь-ка, — я кивнул на диванчик. И сел на него сам.

— Ты что, рыжая твоя морда делаешь? Ты хоть сам понимаешь?

— Чего, а чего…

— Да ничего! Ты понимаешь, что своими несознательными рассуждениями ты вносишь между нами раскол⁈

— Ну они же колдуны!

— Ну и что⁈ Я тоже вон вилами всякие чудеса вытворяю. Ты не смотри на то, что фокусник человек или нет. В нутро его гляди, гнилое оно или нет. У Илары… — я замолчал, пытаясь подобрать слова, — душа хорошая, чистая. Но раненная навылет! Ты представь, мужа у нее убили, пряталась она, силы лишилась, чуть ли не нищенкой стала, которую хашшам на приманку продали. Болит у нее сердца, сильно болит!

— Ну это есть немного… — смутился

— Не немного! Твой, да и мой долг ей помочь! Тело мужика ее мы вытащим, лухарей этих поганой метлой из замка выметем. Обломаем, так сказать, георгу, прибыльную поляну.

— Обломаем, как есть обломаем.

— Но это потом. Сейчас отдыхаем, набираемся сил. Как стемнеет — вернемся на причал и заберем телеги.

— Почему вечером?

— Чтобы меньше отсвечивать. Все, Рябой, отбой. Спать…

— Но я…

— Это приказ, — я проявил настойчивость, — сам на кровать, голову на подушку. Вопросы?

Рябой кивнул, соглашаясь со мной.

Я тоже собирался вздремнуть, ибо силы мне понадобятся на вечер. Проблема была в том, чтобы проснуться вовремя. Белгази был замечательным во всех отношениях миром, но будильники здесь отсутствовали.

— Рябой, — громко крикнул я, — если я вдруг просплю…

— Разбужу тебя как солнце сядет, — прокричал Рябой в ответ.

И я с чистой совестью сладко выдохнув погрузился в сон.

Однако разбудил меня не Рябой, громкий шум, раздававшийся с первого этажа. Спросонья я даже и не понял кто и по какой причине шумел.

— Рябой? — окликнул я товарища, но ответом мне был лишь басистый храп.

За дверью номера явно происходила какая-то заварушка. Я слышал крики и звуки бьющейся посуды. Какого черта происходит? Бандиты что ли в нашу гостиницу заявились?

Я встал с кровати и направился к двери. Открыв дверь, я дошел до перил и глянул вниз. В трактире творился форменный бардак!

Толпа в золотых шлемах и белых плащах теснила посетителей Дома Трех Ветров. При этом стражники, а это были именно они, не стеснялись применять щиты и даже мечи. Под одним из перевернутых столов я увидел свернувшееся в калачик тело в луже крови. Вилане слабо отбивались и были похожи на стадо, которое гонят и умело направляют овчарки.

— Что за… ах ты ж черт! — я увидел, что на входе, возле выломанных дверей, стоял чернявый, который за обедом лозунги про жизненную несправедливость выкрикивал. И стоял не один, а рядом с офицером, — вот же козел-провокатор!

Беседовали они мило и непринужденно. Без конфликта. И у меня не оставалось сомнений в том, что они знакомы! Значит эта козлина специально вызвала нас на откровенный разговор и, после того как Илара эту тему поддержала, этот подлец вызвал стражу. Догадаться о чем чернявый докладывал офицеру было нетрудно — он рукой махал, указывая прямо на второй этаж. На наши номера!

Времени осыпать его проклятиями не было, я метнулся назад в номер.

— Рябой! Подъем! — проорал я шустро облачаясь.

Деньги — не забыть! Оружие, что еще⁈ Мой взгляд заметался по комнате в поисках важных вещей, который я мог забыть.