— Что там? — крикнул Рябой дозорному.

— Плохо видно. Четыре мачты, — ответил тот.

— Четыре, — повторил я, — и на наших напало четыре.

— Пираты! Вооружайся, мужики! — заорал Рябой.

Его приказы были далеки от таковых у военных моряков. А с другой стороны — чего еще ожидать от вчерашних землепашцев и торговцев? Надеюсь, Кивар научит их действовать по уставу. А еще — этот самый устав придумает или скопирует у имперского флота.

Мы долго обсуждали как обустроить нашу ловушку. Я предлагал и активное маневрирование с перестрелками из луков и арбалетов устроить несмотря на то, что оба наших корабля вместе взятые были меньше, чем пират. Зато имели превосходство в скорости и маневренности. Астрис же хотела разметать налетчика с помощью своего волшебства. Но у Кивара был свой план действий. Мне он не очень понравился, но адмирал был уверен, что он пройдет без сучка и задоринки. В конце концов опыта боевых действий на море у меня не было, поэтому я согласился с предложениями Кивара.

По плану роль нашего «Сокола» сводилась к минимуму. Мы должны были изобразить испуг, быстро выбрать якоря и попытаться спастись в паническом бегстве.

— Паруса ставь! — Рябой был в курсе того спектакля, который мы собрались разыграть.

На втором нашем корабле люди тоже забегали по палубе, они начали поднимать паруса на оставшейся мачте. Но «Сокол-4» оставался инвалидом, вторая, упавшая в воду мачта не просто гасила скорость, а заставляла корабль вращаться на одном месте. Мы же ход набрали шустро, не без маленькой уловки — Астрис подтолкнула нас вперед небольшой волной. Которую, как мы надеялись, наш противник не заметит.

А тот, распушив все свои паруса, летел к «тупицам-купцам» по прямой. В том, что нас преследовал именно пират мы к этому моменту уже не сомневались. У нас в команде были моряки, на которых этот огромный корабль напал в прошлый раз. И они его узнали. Едва я его увидел, то сразу понял, почему от него бежал корабль Боргосского экспресса — понятия не имею, откуда пираты смогли стащить линейный корабль. А именно его он напоминал в первую очередь. Помимо парусного оснащения он имел и весла. Гребцов тоже подключили к погоне, весла в три этажа погружались в воду и гнали тушу корабля все быстрее и быстрее. Его оббитый медью нос, разрезая волны, вспенивал воду перед собой.

— А он, — я кивнул на пирата, — тараном Сокол не перережет?

— Смысл грабежа состоит в том, чтобы захватить груз, а не пустить корабль на дно, — Астрис объяснила банальнейшую вещь, но я в пылу разгоравшегося сражения о ней забыл.

— Они перенацеливаются на нас! — объявил не спускавший глаз с пирата Рябой.

— Хорошо, мы тоже думали об этом, — когда мы обсуждали план действий, мы предусмотрели, что пираты могут попытаться догнать нас, а потом уже заняться кораблем Кивара. Одним выстрелом грабануть обоих купцов, так сказать, — мы знаем, что делать.

— Курс на банку! — зычно скомандовал Рябой.

Как он и предупреждал, здешние воды таили в себе множество опасностей для мореплавателей. Мели, рифы, банки — чтобы это все обойти требовался опытный лоцман. У нас такой на борту был, но перед ним стояла противоположная задача. Не обойти мель, а загнать на нее наш корабль. Но мы должны были сделать это так, чтобы не покалечить корпус и не получить пробоину.

Капитан отдавал приказы, команда выполняла их безукоризненно. Но если бы не Астрис, наша встреча с морским песком могла все равно бы обернуться катастрофой. Налети мы на острый риф, мы распороли бы брюхо «Соколу» со всеми вытекающими, точнее втекающими последствиями. Девушке пришлось сосредоточиться и закрыть глаза.