Матвей на мгновение задумался, а затем его лицо прояснилось.

— Кажется, я знаю, о ком ты, — прошептал он. — Я поспрашиваю и все выясню.

Рассчитываю на тебя, дружище, — кивнул я и паренек просиял от радости.

Два дня я ждал, продолжая свою рутинную работу и тайные кулинарные изыскания. Намеренно не торопил Матвея, понимая, что спешка в таком деле может привести к провалу. Наконец, на третий день, когда я чистил овощи в углу кухни, он подошел ко мне под предлогом того, что нужно вынести очистки.

— Отряд лучников десятника Гаврила, — прошептал он так тихо, что его слова были едва слышны за шумом кухни.

Я замер, продолжая скоблить брюкву.

— Отряд набрали совсем недавно, — продолжал Матвей, — Там очень много новичков. Другие стражники над ними смеются, говорят, что они главные умельцы по расстрелу воздуха. Дважды в неделю у них учебные стрельбы, и они всегда показывают худшие результаты.

Он сделал паузу и добавил самое главное:

— Гаврил из-за этого злой ходит. Говорят, Степан Игнатьевич его после каждых таких стрельб к себе вызывает и за плохие показатели выговаривает.

Я мысленно улыбнулся. Идеально. Просто идеально. Вот он мой «проблемный актив», который находится на личном контроле у управляющего. Их внезапный, чудесный успех станет той самой аномалией, которую невозможно будет проигнорировать.

— Молодец, Матвей, — так же тихо сказал я. — Отличная работа. Теперь забудь об этом разговоре.

Он быстро кивнул и, подхватив ведро с очистками, скрылся, а я остался со своей брюквой, но в голове у меня уже рождался новый, дерзкий рецепт. Рецепт не для выживания и не для лечения. Рецепт для демонстрации силы.

Задача, которую я поставил перед собой, была на порядок сложнее, чем простое повышение выносливости. Одно дело — накачать уставшие мышцы энергией. Совсем другое — воздействовать на такие тонкие вещи, как работа нервной системы и органов чувств. В своем тайнике, в тишине и полумраке, я провел мысленный разбор проблемы, как когда-то разбирал на составляющие классические соусы.

«Что мешает уставшему человеку попасть в цель из лука? — размышлял я, глядя на тлеющие угли. — Первое и главное — тремор. Мелкая дрожь в руках от мышечного истощения и нервного напряжения. Второе — потеря концентрации. Разум плывет, сложно сфокусироваться на цели. Третье — „замыленный“ взгляд. Глаза тоже устают, теряют остроту».

Мне нужен рецепт, который бы нанес удар по всем трем направлениям. Это будет мое первое настоящее функциональное блюдо, почти алхимическое зелье, замаскированное под похлебку.

Я начал ревизию своих запасов. Для основы нужен был белок и правильные жиры, чтобы стабилизировать нервную систему. Я вспомнил о куске вяленой соленой щуки, который спер на кухне припрятал пару дней назад. Его плохо хранили, и он начал усыхать и становиться жестким. Для господского стола он был уже непригоден, но для моих целей подходил идеально. [Анализ] показывал высокое содержание Омега-3 жирных кислот, которые были мне нужны.

Для зрения ответ был очевиден — дикая морковь, несколько сморщенных, но все еще крепких корнеплодов, которые я принес из леса. Мой дар услужливо подсвечивал в них высокое содержание [бета-каротина].

Для концентрации и калорийности идеально подходили лесные орехи, которые я растолок в пасту.

Не хватало только главного — компонента против тремора. Я перебрал в памяти все травы, что нашел во время вылазки и вспомнил невзрачное растение с мелкими синими цветочками, которое сорвал интуитивно. Система тогда пометила его как «Тихоцвет».