— И что следующей жертвой будет ее собака, — согласилась я.

Уилл расхохотался. Мы вышли из леса и направились к стоянке. После густой лесной тени последние лучи заходящего солнца казались особенно яркими. Бейсбольная площадка как будто пылала в огне. В воздухе плавали клочки дыма от чьего-то барбекю. Сверчки уже завели свои вечерние серенады.

— Кстати, — сказал Уилл, нарушив гармонию нашего молчания, — что ты делаешь в субботу вечером?

— В субботу? — Я взглянула на него. Слишком громко трещат сверчки. Но не настолько, чтобы я не расслышала вопроса.

Мне показалось… показалось, что Уилл собирается назначить мне свидание.

— У меня будет вечеринка, — продолжил он.

А может, и не собирается.

— Вечеринка? — тупо переспросила я.

— Да. В субботу. После игры. — Наверное, я выглядела так глупо, что он улыбнулся и добавил: — После футбольного матча. Авалон против Броднека. Ты будешь на матче?

— О, — промямлила я. Никогда в жизни не ходила на футбол. Скорее, согласилась бы сжевать стакан, чем пойти на матч.

Если только в нем не будет играть Уильям Вагнер.

— Конечно, буду, — сказала я. Интересно, что принято надевать на футбольные матчи?

— Отлично. А после матча я устраиваю вечеринку. Дома. Придешь?

Никогда раньше меня не приглашали на вечеринки. Парни, я имею в виду. Нэнси постоянно устраивала вечеринки, но туда ходили только наши близкие друзья, и только девочки. Иногда какой- нибудь парень приглашал на вечеринку всех девочек. Но все кончалось тем, что мы стояли и подпирали стены, а парни кидались на популярных девиц из команды поддержки.

Если вечеринка Уилла будет такой же, зачем тогда он меня зовет?

— Хм-м, — замялась я, пытаясь выдумать предлог, чтобы отказаться. С одной стороны, мне страшно хотелось посмотреть, как живет Уилл. Я вообще хотела узнать о нем все.

С другой — я была почти уверена, что там будет Дженифер Голд, и мне категорически не хотелось видеть Уилла с другой.

Уилл почувствовал мою неуверенность, но все понял не так.

— Не волнуйся, все будет прилично. Мои родители будут дома. Тебе наверняка понравится. Вечеринка у бассейна. Можешь принести свой плотик.

Я сдержала улыбку.

Уилл дружески толкнул меня локтем в бок.

Вот это да! До чего я дошла, если меня от простого толчка локтем в жар бросает?

— Хорошо, — неожиданно для себя ответила я. — Приду. Только без плотика. У него комендантский час. Ему нельзя после девяти вечера выходить из дома.

Он усмехнулся и предложил:

— Хочешь лимонада?

Я обернулась и увидела нескольких ребятишек у раскладного столика, на котором висел огромный плакат: «Лимонад — 25 центов».

— Пошли, — сказал Уилл. — Я угощаю.

— Ладно уж, так и быть, транжира, — пошутила я.

Он, улыбаясь, подошел к столику, накрытому клетчатой скатертью и украшенному полураспустившейся розочкой в вазе. Трое ребятишек, самому старшему из которых едва можно было бы дать девять лет, при виде покупателей приосанились.

— Хотите лимонада? — хором спросили ребятишки.

— А он хороший? — поддразнил их Уилл. — Я не стану тратить целых двадцать пять центов, если это не самый лучший лимонад в городе.

— Он лучший! — закричали дети. — Лучший! Мы сами его готовили!

— Не знаю, не знаю, — скептически проворчал Уилл и взглянул на меня. — А ты что думаешь?

Я пожала плечами.