— Вообще-то, — ответила я, чувствуя себя отвратительно, но понимая, что должна сказать правду, — да. Любой бы на вашем месте, даже тот, кто не вступал в секту, к которой вы принадлежите…

Он слегка удивился, что я знаю об этой немногочисленной организации. И осторожно поправил меня:

— Орден Медведя, мисс Харрисон, — это братство, а не секта.

— Какая разница! Я прекрасно осознаю, как можно воспринять все эти совпадения: родителей Уилла, его имя, отношения Лэнса с Дженифер, кличку собаки Уилла и название его яхты. Любой, узнав такое, мог бы сказать: «Ну конечно! Это возрожденный король Артур». Но знаете, здесь есть и нестыковки. Настоящая мама Уилла не Джейн. Его мама умерла. Марко — сводный брат. У них нет кровного родства. И я никак не могу быль леди из Астолата. Я не могла бы влюбиться в Лэнса, даже если бы очень захотела. Вы учитель, мистер Мортон. Вы должны мыслить рационально. Как такой человек, как вы, может верить, что король Артур восстанет из мертвых?

Он моргнул. Всего один раз.

И ответил:

— Не «верить», мисс Харрисон. Знать. Это факт. Артур вернется. Он уже вернулся. Только… — Он помрачнел. — Нет. Лучше тебе не знать, — сказал он, покачав головой. — Знание… может быть опасным. Иногда… очень часто мне хочется, чтобы и я всего этого не знал.

Некоторое время он смотрел на меня.

Потом сказал:

— Прекрасно. Ты — умная девочка, по крайней мере, казалась таковой до настоящего момента. Что, если я скажу тебе, что мой орден — орден Медведя — это тайное общество, единственной функцией которого является борьба с силами Тьмы, которые мешают королю Артуру вновь прийти к власти?

— Хм… — протянула я. — Я сказала бы, что уже знаю об этом. А также о том, что существуют хорошие лекарства, которые помогают избегать такого рода откровений.

Он помрачнел.

— Мы не утверждаем, что этот человек выпрыгнет из могилы с Экскалибуром наперевес. Все не так примитивно, мисс Харрисон. Члены ордена Медведя, подобно тибетским монахам, по всему миру ищущим очередного далай-ламу, внимательно выискивают в каждом поколении потенциального короля Артура. — Он снял очки и начал вытирать их носовым платком, извлеченным из кармана пиджака. — Когда мы находим того, у которого, по нашему мнению, есть серьезный потенциал, мы посылаем в город, где живет такой мальчик, одного из членов ордена, чтобы наблюдать за ним. Чаще всего в качестве его учителя, как послали меня. В большинстве случаев мы ошибаемся. Но каждый раз, когда появляется такой мальчик, как Уилл, орден начинает надеяться…

Он опять надел очки и посмотрел на меня сквозь сверкающие линзы.

— Наша функция сводится лишь к тому, чтобы помешать силам Тьмы, которые всегда стремятся не дать мальчику достичь своего истинного потенциала.

— Ах, вот как! — сказала я. — Силы Тьмы? Да ладно вам, мистер Мортон. О чем вы говорите? О Дарт Вейдере? О Волан-де-Морте?

— Считаешь, что случившееся много лет назад между Ланселотом и королевой было простой любовной интрижкой? — Мистер Мортон, казалось, был потрясен моей наивностью. — Все это было подстроено намеренно и произошло не из-за слабости обоих, а потому, что зло, направленное против Артура, было достаточно сильно. Оно хотело уничтожить короля, не просто сломать его веру в себя, а подорвать веру людей в своего правителя. Именно тогда Мордред, который был и остается агентом зла, и решился на убийство.

— Уф, — проговорила я, не в силах отвести от него взгляд.