В местных новостях объявили штормовое предупреждение для округа Анны Арундель. Там сообщалось об опасности молний и сильном ветре, сопровождаемом проливным дождем и даже градом.

Отлично.

На холодильнике была записка: «Привет, солнышко. Я оставила в холодильнике жареные ребрышки. Разогрей их в микроволновке. Мы вернемся домой к одиннадцати. Если тебе что-нибудь понадобится, позвони. Мама».

Я открыла холодильник и посмотрела на ребрышки. Смотрела на них и не видела. Перед глазами стояло лицо Марко, с яростью слушающего убийственное признание матери, Уилл, выпрыгивающий в окно за братом.

Ладно, пусть это окно было на первом этаже. И мы все видели, как оба, целые и невредимые, побежали к студенческой парковке.

Я почему-то посмотрела на мистера Мортона — его лицо исказилось от страха. Каким бы сумасшедшим он ни казался, он боялся за Уилла.

И его страх был заразителен.

Я закрыла холодильник. Какая глупость. Не могу оставаться здесь и ничего не делать, когда Уилл неизвестно где пытается разобраться с парнем, у которого явно поехала крыша из-за того, что он узнал о давней неверности матери.

Я глубоко вздохнула и подняла трубку телефона.

— Ничего не случится, — сказала я Тигре, вылизывавшей себя на полу посреди кухни.

Я набрала номер мобильного Уилла.

Механический голос сообщил, что линия перегружена.

Я вздрогнула и отключила телефон. Этого еще не хватало.

Потом открыла холодильник и взяла ребрышки. Есть не хотелось, просто мне нужно что-то делать, чтобы не сойти с ума. Я сунула ребрышки в микроволновку и подпрыгнула от неожиданности: за окном ярко сверкнула молния, осветив весь двор.

Свет в доме выключился, потом вновь включился. Тигра насторожилась и перестала вылизываться.

Я считала про себя, как ребенок из фильма «Полтергейст». Одна тысяча один. Одна тысяча два. Одна тысяча три.

Следующий раскат грома уже не был похож на отдаленную артиллерийскую стрельбу: бахнуло так, будто прямо над головой истребитель преодолел звуковой барьер. Тигра вылетела из комнаты, как камень из рогатки, и исчезла в неизвестном направлении.

Буря была всего в трех милях от дома.

Я попробовала снова набрать телефон Уилла. Бесполезно.

Может, мы просто звоним друг другу, и именно сейчас он тоже набирает мой номер? После сегодняшних событий ему наверняка захочется поговорить с кем-то. Меня даже немного удивило, что он до сих пор не позвонил.

Но на автоответчике не было никаких сообщений.

А может, он захотел поделиться новостями с Лэнсом или Дженифер? Они знают его намного дольше, чем я. Вполне вероятно, что он позвонил кому-то из них.

«Какая-то часть меня будет всегда его любить», — сказала Дженифер в туалете. А может, прямо сейчас он говорит с ней по телефону, у них наконец появилась возможность все обсудить, и они снова вместе? Может, они…

Я потрясла головой. Что со мной? Я схожу с ума.

Я села перед телевизором с тарелкой ребрышек и упаковкой картофельного салата и стала есть. Еда не имела никакого вкуса. Диктор зачитывал список мероприятий, которые отменялись из-за надвигающейся бури: футбольные матчи, соревнования по лакроссу, сельские ярмарки, регата.

Репортер из Балтимора, где неизвестно откуда появившаяся буря уже прокатилась, стоял на фоне автомобиля, на который упало дерево, расколотое молнией, и говорил о том, как опасно водить автомобиль в такую погоду.

Другой репортер сказал, что станция Белтрей, откуда должны были приехать родители, закрыта из-за аварии.

Еще один репортер сказал, что эта буря может оказаться сильнейшей за последнее десятилетие, и показал фотографию смытого с дороги в овраг минивэна, в котором оказались заблокированы четверо пассажиров…

Мне вдруг подумалось, что мистер Мортон не был так уж неправ, собираясь удрать на Таити.