Глупо, конечно. Вряд ли эту бурю вызвали силы Тьмы. Метеоролог продолжал рассказывать о том, как холодный северо-восточный фронт встретился с теплым, и это стало причиной разразившейся бури.

Когда он начал советовать, что делать в случае отключения электричества, небо прорезала молния, самая яркая за сегодня.

Небо почему-то не осветилось, как обычно. На какое-то мгновение, такое короткое, что потом я даже не могла сказать, было ли это на самом деле, небо стало кроваво-красным и снова темно-серым.

После этого выключился свет.

Телевизор умер. Кондиционер перестал шуршать. Часы на духовке и микроволновой печи погасли. Холодильник замолчал. Наступила полная тишина…

Потом раздался оглушительный раскат грома, от которого зазвенели стаканы.

И вдруг зазвонил телефон.

Я вскрикнула.

Смешно. Это же просто телефон. Конечно, он работал даже при выключенном электричестве, ведь он был мобильным.

Но все равно сердце заколотилось от страха, и, когда я взяла трубку, пальцы дрожали.

— А-алло? — сказала я.

— Элли? — Мамин голос окутал меня уютным одеялом. Я просто услышала ее голос, и пульс сразу стал восстанавливаться. — Мы только что услышали, что в районе Анны Арундель бушует буря. С тобой все в порядке, солнышко?

— У нас выключили электричество. — Я изо всех сил старалась не показать, как мне страшно.

— Да, — ответила мама, — такое часто случается. Найди в записной книге телефон электриков и позвони, чтобы убедиться, что свет выключили везде, а не только у нас. Потом сиди и жди нас. Мы с папой отказались от ужина и уже едем домой.

— Напрасно, — напряженно сказала я. — Станция Белтрей закрыта. Там затопило силовой рельс.

Я услышала, как мама передает эту информацию папе. Папа выругался. Потом мама сказала:

— Ладно, дорогая… у тебя есть фонарик?

Я взяла фонарик со стола. В нем пока не было необходимости, на улице было еще достаточно светло.

— Да.

— Отлично. Найди хорошую книжку, а мы приедем, как только сможем.

За окном громыхнуло. Я положила трубку, подбежала к окну и стала смотреть, будет ли небо снова, как и в прошлый раз, таким же кровавым.

Нет. Оно осветилось пурпурным цветом.

Я подняла трубку и набрала домашний номер Уилла. Занято.

Вспомнив, что нужно позвонить электрикам, я достала телефонную книгу и набрала номер.

Следующие пять минут я развлекалась тем, что слушала записанные на автоответчик инструкции: нажмите в тоновом режиме один, если у вас мигает свет, два — если вы чувствуете запах гари, три — если вы видите, что упало напряжение, и, наконец, четыре (которую я и нажала), если отключилось электричество.

Записанный на пленку голос сообщил, что они в курсе случившегося и на место аварии уже выслана бригада. Какое счастье, что я не работаю в этой компании. Не хотела бы я, чтобы меня «выслали» в такую погоду.

Я включила фонарик и только собралась сесть за домашнее задание по тригонометрии, как снова зазвонил телефон. Голос звонившего был мне незнаком.

— Алло? — сказала какая-то женщина. — Это Элли Харрисон?

— Да, это я. — Я постаралась ответить как можно вежливее, как учила мама.

— А, Элли, здравствуй. — В голосе женщины послышалось облегчение. — Это Джейн Вагнер. Хм… мачеха Уилла.

Я сильно сжала трубку. И попыталась успокоиться.

— Здравствуйте, миссис Вагнер. Я… очень сожалею по поводу того, что сегодня случилось в школе.

— Собственно, именно поэтому я и звоню. Уилл случайно не у тебя?

Теперь я сжала трубку так сильно, что чуть не разломила ее пополам.