— Мы все равно вычислим негодника, так что лучше признавайтесь, не удлиняйте дистанцию, — повторял Грегсон.

— У этого нашли больше двадцати фунтов, — известил Шарпей, буксируя за ухо гориллу из комнаты «Б» по кличке Конопля.

— Зачем вам столько денег, мистер Кемпторн? Где вы их взяли? — потребовал ответа Грегсон.

— Мать прислала, — заявил Конопля, хотя, если это было так, то его мамаша слабовато оформила материально-техническую базу, потому что насобирала для сына одну мелочь.

— Нашлись ли деньги у других джентльменов, мистер Фодерингей? — спросил Грегсон.

— Всего несколько пенсов, — ответил Фодерингштайн.

— Что ж, можем считать, что тайна раскрыта, — заключил Грегсон. — Ступайте к моему кабинету, мистер Кемпторн, и ждите наказания.

— Но я ничего не сделал, — запротестовал Конопля, хотя злорадные взгляды его соседей по комнате свидетельствовали об обратном.

— Комната № 3, вы следующие. Мистер Фодерингей, пожалуйста, сопроводите джентльменов, — сказал Грегсон и вдогонку велел Фодерингштайну проверить решетку на окне. — Посмотрите, можно ли ее починить.

Обитатели комнаты «Д» не отрывали взглядов от Грегсона, а Грегсон буравил глазами нас. Остались только мы, и это означало одно из двух: либо он делал проверку по алфавиту, либо точно знал виновных и просто оттягивал расправу.

Трамвай нервничал сильнее, чем мы с Крысой вместе взятые. Он украдкой поглядывал на часы и грыз ногти. Мне стало любопытно, из-за чего он дергается, и я решил проверить догадку.

— Эй, Грегсон, а что, если у нас куча денег, но они не имеют отношения к продаже видака? — дерзко спросил я, для приличия вскинув руку.

— Вы хотели сказать: извините, мистер Грегсон, а что, если у нас куча денег, но они не имеют отношения к продаже видеомагнитофона? — уточнил он.

— Ну, или так.

Трамвай обернулся в мою сторону и прищурился, подтверждая, что мой компас четко показывает на север, а не на крупную магнитную фабрику в соседнем городке.

— Если вы сумеете убедить меня, что эти деньги не связаны с продажей украденного видеомагнитофона, то вас не накажут. Даю слово.

— Отлично, — промолвил я, повернулся к Трамваю и многозначительно кивнул, рассчитывая, что он сделает то же самое, но ответного кивка почему-то не последовало.

— Должен вас предупредить, деньги мы в любом случае конфискуем, — прибавил Грегсон.

— Почему? — вскинулись все.

— С целью покрыть недостающие восемьдесят фунтов, которые мистер Шарп истратил на выкуп видеомагнитофона. Я уже говорил вам, парни, мы не собираемся оплачивать расходы из своего кармана, это ваша забота. Так что, если окажетесь на мели, разбирайтесь с тем, кто украл школьное имущество.

Блин, тактика этого хитрого засранца вызвала мое искреннее восхищение. Разделяй и властвуй, а грязную работенку за тебя пусть сделает кто-то другой. Хренов ловкач оказался умнее, чем я предполагал.

Фодерингштайн вернулся с ребятами из комнаты № 3 и передал Грегсону пять фунтов тридцать пять пенсов. Едва те шагнули к своим партам, Грегсон поинтересовался, куда они направляются.

— На свои места, — удивился Шпала.

— Марш к моему кабинету, стоять там и ждать наказания! — скомандовал директор.

— Погодите, но мы ведь не крали ваш долбаный видак, — возмутился Неандерталец.

— Да, а мисс Говард сама подглядывала за собой через окошко. Я сказал, марш! — Грегсон махнул рукой, а потом обратился к нам: — Ну что, остались белые и пушистые?

— Как скажете, — пожал плечами я.