|
Он хорошо сдал вступительные экзамены, был талантливым учеником. Вероятно, юноша достиг бы большого успеха, но до выпускных экзаменов он не дожил. Больше здесь никакой информации нет, но вы, разумеется, захотите убедиться в этом сами.
Локвуд протянул следователям папку. По диагонали большими красными буквами было написано: СКОНЧАЛСЯ. Линли в свою очередь просмотрел скудный материал, но не нашел ничего интересного, кроме фотографии Эдварда Хсу в возрасте тринадцати лет, когда он поступил в Бредгар Чэмберс. Локувуд наблюдал за ним. Линли поднял голову:
– Не было хоть каких-то предположений, почему юноша решил покончить с собой?
– Ни малейших, насколько мне известно.
– Я обратил внимание на фотографии, висящие на стене вашего кабинета. Даже в последние годы у вас было крайне мало учеников, принадлежащих к небелой расе.
Взгляд Локвуда скользнул к фотографиям и вернулся к Линли. Лицо директора оставалось непроницаемым. Он предпочел промолчать.
– Бы не задумывались о том, на какие мысли наводит это самоубийство?
– Меня лично самоубийство одного воспитанника-китайца за пятьсот лет истории школы не наводит ни на какие мысли, к тому нее я не вижу ни малейшей связи между этой историей и гибелью Мэттью Уотли. Если вы склонны проводить такого рода параллели, будьте любезны объяснить это мне. Или вы опять начнете рассуждать о Джилсе Бирне и его отношениях с обоими мальчиками? Почему бы вам не заняться заодно Элейн Роли? Она была экономкой еще тогда, когда Эдвард Хсу здесь учился. Обратите также внимание на Фрэнка Ортена и вообще на всех и каждого, кто работал здесь в 1975 году.
– Коуфри Питт уже был здесь?
– Да.
– И организация «Добровольцев Бредгара» Уже существовала?
– Да, да! Какого черта, наконец?!
Линли все тем же холодным голосом продолжал:
– Ваша жена много говорила о ваших усилиях увеличить набор учеников в школу и улучшить результаты экзаменов. Однако вы вынуждены тщательно отбирать студентов, как стипендиатов, так и тех, за кого платят родители, иначе вам не удастся удержать высокий уровень экзаменационных оценок.
Локвуд потер ладонью воспалившуюся после бритья кожу на шее.
– Что у вас за манера говорить намеками, инспектор? Я совершенно не ожидал подобного от представителей Скотленд-Ярда. Почему бы вам напрямую не спросить меня о том, что вас интересует? К чему эти экивоки?
– Я просто подумал, что Джилс Бирн стребовал с вас должок, – усмехнулся Линли, – и вам пришлось поступить вразрез с вашими планами. Если ваша задача– послать как можно больше воспитанников в Кембридж и Оксфорд, послать туда больше выпускников, чем поступало туда из Бредгар Чэмберс в послевоенный период, вы, вероятно, были весьма недовольны тем обстоятельством, что вам навязали не слишком перспективного ученика.
– Мэттью Уотли никто нам не навязывал. Он был выбран в результате обычной процедуры при участии всего совета попечитетелей.
– В особенности при участии Джилса Бирна? Локвуд впал в ярость.
– Слушайте, инспектор, – прошипел он. – Ведите свое расследование, а я буду руководить своей школой. Вам все ясно?
Линли поднялся на ноги. Хейверс последовала его примеру, на ходу запихивая блокнот в переброшенную через плечо сумку. На пороге кабинета Линли остановился.
– Скажите мне одну вещь, директор. Вы были в курсе того, что Джон Корнтел и Коуфри Питт поменялись дежурствами?
– Да. Вас это почему-либо не устраивает?
– Кто еще знал об этом?
– Все. Никто из этого тайны не делал. Имя дежурного учителя указывается на доске объявлений перед входом в столовую, а также в учительской.
– Ясно. Благодарю вас. |