– Можно узнать, как долго и чего именно вы собираетесь здесь ждать?

– Конечно, – последние несколько минут Ангелли улыбался больше обычного. Он явно был очень доволен. Пока они находились во дворце, Ромеро не выказывал никаких признаков напряжения, но, конечно, напряжение было.

– Я и сам точно не знаю. Скорее всего, не более нескольких минут. Может быть, минут двадцать. Во‑первых, мы должны соблюдать осторожность: возможно, поблизости есть не замеченные нами полицейские. Леонардо! Лови! – и он бросил что‑то брату.

Потом Ангелли встал и снял с себя длинный серый плащ. Снова сел, протянул руку под сиденье и достал нечто, похожее на радиопередатчик. Щелкнул выключателем, загорелась красная лампочка. Ромеро достал наушники и повесил их на колено, потом достал микрофон, штекер которого был вставлен в передатчик.

– Извините, что заставляю вас ждать, – сказал он, почти извиняясь. – Но я, в свою очередь, должен дождаться звонка.

– Еще одно свидетельство организованности. Причем совершенно восхитительное. Но все еще есть один аспект, где ваша организация несовершенна.

– Это неизбежно, – улыбнулся Ангелли. – И что же это за аспект?

– Отсутствие обогревателя в этом автобусе.

– Это недосмотр. Мария!

– Возьмите там, возле радио.

Ангелли протянул руку под сиденье и без малейшего усилия вынул большую плетеную корзину, которую поставил на сиденье между собой и ван Эффеном. Ромеро открыл крышку, и взору лейтенанта предстала прекрасно упакованная корзина с провизией.

– А что вы думали, мистер Данилов! Корзинка для школьного пикника. Если у нас нет обогревателя, мы, по крайней мере, можем подогреть себя изнутри.

Содержимое корзины действительно позволяло это сделать. Кроме двух рядов блестящих рюмок и пакетов с сэндвичами, аккуратно завернутых в целлофан, там было несколько бутылок.

– Мы предполагали, что, возможно, сегодня вечером, нам захочется что‑нибудь отпраздновать, – снова сказал Ангелли, почти извиняясь. – Мне кажется, у нас есть чем. Хотите шнапсу, мистер Данилов?

– Я снимаю свои замечания по поводу недостатков организации, – улыбнулся ван Эффен.

Не успел Ангелли разлить шнапс, как зажужжал зуммер радиопередатчика. Он схватил наушники и подтвердил, что вызов услышан. Потом почти минуту Ромеро молча слушал, затем сказал:

– Да, они глуповаты. И у них нет выбора. Вы полагаете, что маленькое доказательство не помешает? Перезвоните мне через минуту. – Он снял наушники. – Ну, кто вызовется нажать кнопку?

Добровольцев не нашлось.

– В таком случае я предлагаю это сделать вам, мистер Данилов. Вы подготовили заряды, и, конечно, мы вас и будем винить, если они окажутся отсыревшими или, наоборот, если дворец рухнет. Так что вы лучшая кандидатура. В таком случае мы все будем не при чем, в то время как вы...

Ему было не суждено закончить предложение. Ван Эффен нажал на кнопку, и менее чем через две секунды раздался взрыв. Он был приглушенным, словно его произвели под водой. Но по звуку можно было безошибочно понять, что это был именно взрыв. Любой человек в километре от дворца мог его слышать. Площадь перед дворцом содрогнулась. Ангелли не улыбнулся. Рот его полуоткрылся, выражение лица было отсутствующим. Лейтенант налил себе шнапсу.

– Кажется, я могу себя поздравить. Взрыв достаточно громкий, в то же время стены дворца на месте. Как я и обещал. Так что, мое здоровье!

– Просто замечательно! – радостно улыбнулся Ангелли. – Просто замечательно, мистер Данилов! И после такого грохота – никаких разрушений. Просто невероятно!

– Возможно, немного вина было пролито на скатерть в королевском дворце, – махнул рукой ван Эффен.