Был он трактористом с папкиной работы и неплохо с отцом дружил. Попросил его отец сегодня подвести нас до центрального ДК. Самое примечательное же в нем, этом мужчине, было имя. Звали его Победа Алексеевич Маркелов. А все, потому что родился он девятого мая сорок пятого года.

— А Светка ваша где? — Спросил он.

— Да ща, — отозвался я. — Идет, отстает немного.

Вместе подошли мы к копейке, и наблюдая, как льется из дверей ДК толпа станичников, стали ждать Свету.

Уже давно перевалило за семь вечера, и сумерки разгоняли только фонари дома культуры: один спереди, а другой сзади здания.

Света, между тем, отлучилась в туалет, что стоял за домом культуры. И, учитывая, сколько было нынче народу, не удивительно, что она опаздывала. Там, видать, очередь о-го-го.

— Дай посмотреть, а? — Спросил у меня Победа и я показал ему медаль на кармане.

Ждали Свету долго. Отец, даже стал бухтеть, что пора домой и что Света долго капается. Чай не барыня.

— Да там, небось, очередь же, — пробовала успокаивать его мама.

Но когда почти все станичники разошлись, и на стоянке стало почти пусто, семейство мое заволновалось.

— Ладушки, — сказал я отцу, — стойте тут. Я пойду Светку потороплю.

— Смотри и сам не задерживайся, — крикнула мне вслед мать.

— Угу, — уходя торопливым шагом к ДК, обернулся я к ней.

Глава 38

Я прошел вдоль правой стены дома, проскользнул к задней части здания между ним и высоким забором из прямых шиферных плит. Сзади ДК оставался пустырь, который выходил на дорогу, бегущую вдоль здания. Справа и стоял туалет — кирпичный, оштукатуренный, он выделялся в желтом свете задней лампы свежей побелкой.

Я огляделся по сторонам. Тут было пусто, станичники разбежались по домам, а от Светки не было видно и следа. Отбросив стыдливость силой воли, я пошел к женской части туалета и стал перед стенкой. Тихонько крикнул:

— Свет? Свет, ты там?

Никто мне не ответил, и я уже, грешным делом, подумал, что придется заглянуть внутрь и убедиться лично, что он пуст, но внезапно изнутри раздалось странное писклявое:

— М-м?

— Свет? — Спросил я.

— Угу…

— Это ты? — Добавил я, потому что голос был хоть и высокий, но странно непохожий на голос сестры.

— Угу.

От такого утвердительного ответа я насторожился, но все же продолжил:

— Это я, Игорь. Все тебя ждут. Ты скоро?

— Угу.

— У тебя все хорошо? Мож ты себя чувствуешь неважно?

— Не-а.

— Ну лады тогда. Я пошел, — соврал я.

— Не-а. Подожди, я щас, — проговорили изнутри явно притворным голосом.

Ты посмотри! Что за дела? Кто там Светкой притворяется?

— Да не-не! Пошел. — Ответил я, а сам притаился рядом с выходом. Притих.

— Выхожу! — Пропищали из туалета.

А потом все же тот, кто притворялся Светкой, вышел. Это был мужчина. Когда я метнулся к нему и схватил за грудки, прижал, дернул и прижал к стене, он почти даже не сопротивлялся.

— Ах ты падла! Ты кто такой?! Куда Светку дел?!

— Подожди! Не бей! — Торопливым полушепотом проговорил незнакомец.

Не бей? Это с чего это! Он, значит, придуривается моей сестрой, самой ее и след простыл, а его не бить?

Я потянул его к границе света от задней лампочки здания, чтобы рассмотреть лицо и припечатать куда следует. Когда свет упал на незнакомца, я нахмурился.