— Понимаю, — перебил я, — понравилась мне Ирка-Лиска, не скрою. Но решил я все же с Машкой гулять. Потому и не приехал больше к Ире в гости.

Мятый покивал.

— И что от суда уберег, тоже спасибо. Ирка у меня все не вступала в комсомол в школе, а сейчас надумала поступать в техникум. И в комсомольцы тоже. Вот я и испугался, что если меня на суд вызовут, то может ей это как-то помешать.

— Ну теперь вызвать не должны, — сказал я, — если только тот, кто про нас завгару рассказал, еще куда не пожалуется.

Мятый нахмурился.

— Как думаешь? Кто это мог быть? — Спросил я, — у меня на уме только два человека.

— Серый то был, — сказал Мятый, — больше некому.

— А Стенька?

— Не. Стенька так не сделал бы. А вот Серый, он мог. Черт знает что от него можно ждать, — сплюнул Мятый, — он только и делает, что по головам лезет. Решил, значит, через меня тебе навредить. Ну теперь, черт долговязый, он у меня попляшет.

— Ну-ну, — предостерег я Мятого, — смотри. Нито точно на товарищеский суд попадешь. Тут нужно по другому к делу подойти. С умом.

Мятый вздохнул.

— Вроде ты и прав. Не буду с ним делов иметь больше, раз он так подставить может. А ты, если хочешь, обращайся в любое время. Я теперь тебе обязанный.

Когда мы с Мятым вышли на улицу, первым моим желанием было посмотреть, а где же тут Серый ходит? И увидел я его почти сразу.

Сначала у нас с Мятым перед носом, выехал с гаража Микиткин пятьдесят второй. Потом, за ним и Серый на своем самосвале пошел на рейс.

— Ну ничего, — проговорил я себе под нос, — ты у меня еще на все вопросы ответишь, Пашка.

— А зачем тебе в тот хутор-то? — Удивился Боевой, — да еще и с ведром!

— Должок у меня там небольшой, — сказал я, не отвлекаясь от дороги.

Мы с боевым ехали по трассе, что тянулась от города Армавира до самой станицы Отрадной. Вдоль нее лежала и Красная.

Всюду от той трассы, туда и сюда отбегали маленькие дороги, ведущие в местные хутора. Красное Сельское поселение было большим. Всюду в них, в этих хуторах, лежал наш колхоз: тут рыбный промысел, там МТС, вот здесь птицефабрика или свиноферма.

Жизнь прямо-таки кипела. Туда-сюда ездили трактора. Колхозные грузовые машины мчали в город по своим делам.

У нас же маршрут был простой. Остатки огурцов с теплицы нужно было доставить в город Армавир на склад сельпо № 4. И, сказать по правде, хотелось мне очень быстрее добраться до этого склада. Думал я, что могу там, на нем, найти того самого Лёньку из желтой автолавки.

— Слушай, Игорь, — сказал Боевой, щурясь от солнца, — а мож заедем в местный станичный магазин?

— Это зачем? — Спросил я, — мы пока в центре были, ты чего не захотел никуда идти? Не на рынок, не в магазин?

— Да что там за магазины, — махнул рукой Боевой, — один стыд, а не магазины!

Я хмыкнул, покосился на него глазом.

— А тут, в хуторе Гремячем, есть один магазинчик… Он прям недалеко от местного рыбного хозяйства стоит. И продают там, — Боевой воздел к потолочной обивке мечтательные глаза, — целые в-о-о-о-о-о-т такие сазаны в копченом виде.

— Рыбки захотел?

— Да не.