— Ты думаешь, это был… было не привидение? — прошептала Пампушка.

— Лена, ты совсем с дерева? — печально поинтересовался Ежик. — Или клею «Момент», как малолетка, нанюхалась? Или до белой горячки портвейном упилась?

— Ничего я не нанюхалась! — выкрикнула она. — А портвейн я вообще не пью. Только пиво. А вчера вообще ничего не пила. Честное слово, нечего было.

— Тогда ты точно в сговоре с убийцей. И даже чистосердечное признание тебя не спасет. Кто это был?

Пампушка опустилась на деревянное складное кресло и скривилась, словно собиралась заплакать.

— Это был… — она всхлипнула. — Это был Веня. Если бы это был актер, я бы поняла. У меня высший балл по гри-и-и-му-у-у… Ты и сам его видел — я зна-а-ю…

— Допустим, это был Веня, — Ежик сдвинул брови. — Откуда ты знала, что он придет на крышу?

— Он сам сказал, — быстро ответила Пампушка, прервав всхлипы. — Он попросил привести Глорию. Мы и забили стрелку на полночь.

— Ага, значит, вы с ним еще до этого встречались?

— Ну, а я тебе о чем говорю! — Пампушка топнула ногой, лампа на столе подпрыгнула, а компьютер забасил.

— Допустим, — хмыкнул Ежик. — И как это было? Пампушка тяжело вздохнула и закатила глаза.

— Как-как… — проворчала она. — Мы пошли с Ласточкиной на крышу. Ну… у нас оставалась еще одна банка пива, и мы решили немного расслабиться.

— Понятно, — фыркнул Сергей.

— Что тебе понятно? — закричала Пампушка. — Ты спроси, успели мы выпить или нет! Не успели. А когда оно появилось, и вовсе банку потеряли. А она, между прочим, была последняя.

— Ты не отвлекайся, — нервно усмехнулся Ежик. — Откуда оно… то есть Веня появился?

— Ты сам меня отвлекаешь, — она сдвинула брови, вытянула губы и стала похожа на Верку Сердючку. — Мы с Нюсей поднялись, присели на лавочку, Нюся открыла банку, и тут выходит он из-за телескопа и говорит: «Прекрасная погода сегодня, не правда ли?»

Сергей расхохотался.

— Смейся, — Пампушка еще сильнее сдвинула брови. — Мы сначала не врубились, кто это, другим заняты были, я на него и не смотрела, ответила что-то, типа «отвали, приятель, со своей погодой, у самих только одна банка». А потом Нюся пива отпила, банку мне протянула, голову подняла и свой кокетливый взгляд изобразила, ты знаешь, она всегда на мужиков таким взглядом смотрит. А потом как заорет. И рукой махнула, как царевна-лягушка на пиру. Помнишь, когда она косточки куриные разбрасывает? А Ласточкина банку вверх подбросила. Пиво улетело, я чуть с лавки не свалилась, и Веня тоже отскочил. Только я тогда еще не поняла, что это он. А когда на него взглянула, то…

Пампушка смолкла и задышала шумно и часто.

— Тоже заорала? — участливо спросил Сергей.

— Не-а… У меня, наверное, язык парализовало или горло слиплось. И ноги отнялись. А он подальше отошел. Понял, что произвел на нас… это… неизгладимое впечатление.