– Такой скользкий тип, как Виталик, может много чего, капитан, – рассуждала Кира перед уходом. – Он истязал Вуковича явно не десять минут и оставил его связанным, избитым, а от ответственности ускользнул! Нет у нас на него ничего, вот так! Хотя мы и знаем, что он находился в нескольких метрах от места убийства Элеоноры Суворовой, а обвинение предъявить не можем. Там много народу рядом было, как ответил Коломов. Целый подъезд!

– Все, что смогли – запретили ему выезд из города, – подхватил Илья.

– Да… Он под подпиской о невыезде. Равно, как и Суворов. И я надеюсь, сильно надеюсь, – в этом месте Кира выразительно на него посмотрела, – что здравый смысл и осторожность не дадут им пуститься в бега. Иначе мы с тобой, капитан Галкин, в полной…

С этими словами она ушла, и ее не было уже минут сорок. Илья дважды запирал кабинет и выходил, чтобы дождаться ее в коридоре, а Киры все не было и не было.

Если полковник не позволит задержать Суворова до того момента, как эксперты подтвердят подлинность фотографии, это не очень хорошо. Время безвозвратно уходит. У них два нераскрытых убийства. Вукович не в счет, хотя является косвенным фигурантом. Его убили свои, тут к гадалке не ходи. Нашлись свидетели, которые видели машину и людей, что его поджидали на лестничной клетке. По составленным фотороботам, парни приезжие.

Полковник, к слову, объединять его убийство и убийства Пронина с Суворовой в одно делопроизводство категорически запретил.

– Нам их внутренние разборки ни к чему. Так и до Интерпола доиграемся, – морщился он, как от зубной боли. – Дайте мне до пенсии доработать. Мне фанфары ни к чему. Тишины хочу, как в той песне.

– А вдруг мы бы его дело раскрыли? – загадочно улыбалась Кира.

– Смеешься? – фыркал полковник. – Вы свои еще не раскрыли. А тут в организованную преступность зарубежья влезть собрались. Не-ет, ребятушки. Занимайтесь убийством Пронина и Суворовой. А Вукович… Он даже не на нашей земле погиб. Коллеги работают. Нам беспокоиться не о чем.

Сейчас вот беспокоиться приходилось Илье. Что, если Суворов уйдет от ответственности? Что, если ему удастся каким-то образом доказать свою невиновность? Или его там вообще не было в тот момент, а Коломов сфабриковал улики? А если Суворов там был, то почему ушел с пустыми руками? Где деньги?!

Оказывается, тот же вопрос задал Кире и полковник.

– А вот про Коломова мы того же сказать не можем, – без конца повторял он с нажимом.

Кира не вошла в кабинет, а влетела, с силой хлопнув дверью.

– Велено ждать экспертизы, – беззвучно ругнувшись, произнесла она и промаршировала на свое рабочее место.

– Почему?

– Кто-то позвонил… Кто-то попросил… Один раз уже таскали его на допрос, ничего путного не выяснили, а уважаемого человека обидели. Типа того, Илья. – Кира вытянула ноги, откинулась на спинку кресла и, подняв взгляд к потолку, проговорила: – Оно понятно, конечно. Сейчас без экспертизы сунься, а Суворов с адвокатом завопят: фальсификат. Жалобы примутся строчить. Полковник не желает скандала.

– Понятно, – скрипнул зубами Илья.

Он был уверен в виновности Суворова, так же как и в том, что все свои запои тот искусно разыгрывал.

– У него было время! Он мог это сделать, Кира! – горячился Илья. – Его дочь позвонила ему за час до того, как они с братом прибыли на место. За час! За это время можно…

– Погоди. Давай еще раз пройдемся по фактам. – Кира подняла руку и загнула первый палец. – Рядом с местом преступления были двое: Коломов и Суворов.