– Хватит? – спросил он Сына.

Сын подергал себя за одну из косичек, забрал у Джолсона карты.

– Занят сегодня вечером?

– Нет. А что?

– Знаешь «Ползучую Эклектику»?

– Конечно.

– Жди меня там где-нибудь в районе обеда. Поиграем в лото и дурака. Идет?

– Посмотрим, – отвернувшись, сказал Джолсон и на правился к двери. В аллее он столкнулся с пожилой жен щиной, торгующей подержанными венками.

– Если вы знаете покойника по имени Аксминстер, могу вам кое-что предложить, – сказала она.

Крепко взяв ее за руку, Джолсон отвел женщину в сторону.

– Никогда не надейся на грим, Дженнифер. Хватит таскаться за мной. Давай-ка дуй к себе в посольство, пока тобой не занялся Брюстер и вся «Группа А».

– Трипп, Хокеринг и посол сейчас тоже на окраине.

– Тем более. А теперь иди…. Смешайся с толпой. Быстро!

– Мои друзья. – Сын Брюстер, войдя в кабинет, указал на четырех белобрысых парней, которые сменяли на сцене женский ансамбль. Все юноши были высокие, широкоплечие, с такой же, как у Сына, прической. – Они себя называют «Фондом Форда».

После второй песни «Фонд Форда» побросал свои инструменты. Музыканты спрыгнули в зал и, сверкая лезвиями ножей, окружили кабинет.

– Ты подделка, Вилл, – встав и отступив назад, сказал Сын. – Трипп меня предупредил, что к нам залетела птичка из КХ, и я начал проверять всех незнакомцев. Ты не заметил, что мы играли в зениц не по правилам. И даже наш жаргон не заучил как следует.

Джолсон вспрыгнул на скамейку, на которой сидел, и, сделав сальто назад, перескочил в соседнюю кабину.

– Сделайте из него шницель, – заорал Сын. Джолсон пересек танцплощадку и вскарабкался на сцену. Позади он услышал шум преследующего его «Фонда Форда», и, схватив контрабас, Джолсон запустил в первого из квартета, который попытался схватить его.

Второй выбросил вперед руку с зажатым в ней ножом. Джолсон ударил его ногой в живот. Юноша вскрикнул и согнулся пополам.

Двое других юнцов, держа ножи перед собой, бросились к Джолсону. Удлинив левую руку, он обернул ее несколько раз вокруг шеи одного из нападающих и резко дернул, отшвырнув его на другого. Когда они поднимались, Джолсон по разу ударил их ногой по голове. Затем оглушил тех двух, которые пытались убить его первыми. Приглаживая волосы, он повернулся к Сыну Брюстеру.

– Протестую, – заявил Сын Брюстер. – Я не дерусь.

Не сходя с места, Джолсон выкинул вперед руку и захлестнул ее вокруг горла Брюстера.

– Ну-ка расскажи мне про «Группу А», Сын.

– Нет.

Джолсон напряг обвитую вокруг шеи руку.

– Говори.

– Полегче. У них твоя девушка.

– Что?

– Та, с забавными скулами. Мы засекли, что она тут пасется.

– Где она?

На острове.

– Что за остров?

– За кладбищами. Триста миль отсюда. Они там держат замороженных. На острове… Ты лучше успокойся, приятель. Ее уже час как заморозили, и если ты будешь себя плохо вести, она там и останется.

Джолсон едва не задушил его. Потом, взяв себя в руки, ослабил хватку.

– Кто ее туда повез?

– Кто-то из «Группы А». Ее повезли на адском катафалке.

– Кто там, на острове?

– Этого я сказать не могу.

– Можешь.

– Дерьмо! – проговорил Сын, пытаясь глотнуть.