Есугэй никогда не соглашался с представлениями Аримана о милостивом эфире. Белые Шрамы относились к нему настороженно, погружаясь неглубоко, только чтобы получить силы для управления стихиями. Таким было благоразумное наследие старых провидцев Чогориса, которые получили свое могущество в горах Улаава. Задьин арга всегда имели дело с силами небес, но никогда не доверяли им.

Есугэй знал, что из-за этого другие братства библиариуса считали провидцев бури скучными и лишенными воображения. Он не обращал внимания на подобное неуважительное отношение. Вопреки мягким насмешкам Аримана, он точно знал, что не спал, когда видел те вопящие лица и когтистые пальцы.

Варп не был милостивым. Никогда. Вот почему был создан библиариус: не для увеличения контроля Легионес Астартес над силами варпа, но для их ограничения.

«Никея. Какое несчастье».

Есугэй добрался до мостика, и метровой толщины противовзрывные двери открылись, приглашая его войти.

За дверьми царила атмосфера сдержанной тревоги. Матросы в белых табардах сгорбились над экранами, бегая пальцами по пультам управления. Закрывающие иллюминаторы тяжелые железные ставни дрожали. Весь мостик — увенчанный куполом с бронзовой отделкой амфитеатр, в центре которого располагался трон управления Лушана — был наполнен скрипом и треском металла. Несколько постов когитаторов взорвались и теперь сыпали похожими на червей искрами электростатики.

— Значит, дела плохи, — произнес Есугэй, заметив Лушана среди группы обеспокоенных машинных техников.

Облаченный в доспех командир корабля мрачно улыбнулся.

— Если бы ты не связался со мной, то мне пришлось бы разбудить тебя. Поля Геллера теряют энергию.

— Это в самом деле плохо. Что ты можешь сделать?

— Навигатор говорит, что мы должны выйти из варпа. Он очень настаивает.

Есугэй скривил губы. Над ним висел большой экран состояния, висевший на медных цепях. Большинство индикаторов уже были красными, другие переходили в критический режим в тот самый момент, когда он смотрел на них.

— Где мы находимся? — спросил Есугэй.

— Я спросил его несколько часов назад, — сказал Лушан. — Он начал кричать. Не думаю, что он знает.

Есугэй кивнул.

— Мы знали, что будет непросто. Что ж, последуем совету навигатора, похоже иного выхода не осталось.

— Как прикажешь, — Лушан выглядел сомневающимся. — Я попытаюсь определить координаты нашей позиции перед выходом в реальный космос.

В этот момент с нижних палуб раздался низкий гулкий лязг. Весь корабль накренился, словно отскочив от чего-то огромного и неподвижного.

Есугэй посмотрел на варп-ставни. Заглянуть в бурлящую за ними нематерию было несложно. Ему хотелось этого: всего лишь увидеть волнение, которое так усложняло им путь, галактику, охваченную варп-разломами искусственного происхождения.

— Если мы останемся в варпе, корабль разорвет на части, — сказал задьин арга. — Доверься ему, навигатор видит больше нашего.

Лушан поклонился и отправился запускать субварповые двигатели «Серповидной луны». Когда он отвернулся, Есугэй вдруг почувствовал, как по коже пробежали мурашки.

— В каком состоянии наша боевая готовность? — спросил он.

Лушан удивился, чувствуя себя немного оскорбленным таким вопросом.

— Мы полностью готовы.

— Хорошо. Приведи корабль в боевую готовность, прежде чем мы прорвем барьер. Мне понадобится мой доспех.

— Ты что-то почувствовал?

Есугэй не отрывал взгляда от ставней. Их стук напоминал хлопки ткани гэра во время степной бури, предупреждая о растущей угрозе снаружи своей тонкой защитной оболочки.