– Пошел!..

Бертон запустил вращающуюся антенну. Тотчас же они услышали слабое попискивание спутника.

– Сигнал угасает, но еще различим. Вроде бы где‑то слева…

Стоун включил скорость и тронул машину, стараясь не задеть тела. Писк стал сильнее. Проехали бензоколонку и магазин – писк начал слабеть.

– Проскочили. Разворачивайтесь…

Стоун не сразу нашел в коробке передач задний ход. Потом они двинулись назад, ориентируясь по силе радиосигнала. Прошло еще минут пятнадцать, прежде чем удалось установить, что источник его находится на северной окраине поселка. Наконец подъехали к одноэтажному каркасному домику. На ветру скрипела вывеска: «Доктор Ален Бенедикт».

– Ну, конечно, – сказал Стоун, – можно бы и догадаться, что потащат находку к доктору…

Они вылезли из фургона и направились к домику. Входная дверь была открыта и качалась на ветру. Стоун и Бертон прошли в первую комнату – никого. Тогда они повернули направо и очутились в кабинете врача.

Бенедикт, грузный, рыхловатый мужчина, сидел за столом, на котором громоздилась куча раскрытых учебников. У стены расположились пузырьки и шприцы, а над ними висели фотографии семьи и другие снимки – мужчин в военной форме. На одном из них были нацарапаны слова: «Дорогому Бенни от ребят из 87‑го. Анцио». Сам Бенедикт смотрел куда‑то в угол – незрячие, широко раскрытые глаза, умиротворение на лице…

– Ну что ж, – сказал Бертон, – этот‑то по крайней мере помер не на улице…

И тут они увидели спутник.

Он стоял торчком, тускло поблескивающий конус высотой около метра, когда‑то полированный, а теперь потрескавшийся и сплавившийся при вхождении в плотные слои атмосферы. Он был вскрыт, и вскрыт ужасно грубо, видимо при помощи зубила и клещей, которые валялись рядом на полу.

– Полюбопытствовал, – не сдержался Стоун. – Идиот…

– Откуда ему было знать?

– Мог бы хоть осведомиться у кого‑нибудь, – Стоун вздохнул. – Зато теперь он в курсе дела. И с ним еще сорок девять человек… – Он нагнулся и, как мог, прикрыл зияющую треугольную дыру. – Контейнер при вас?..

Бертон вытащил сложенный мешок из пластика и развернул его. Вдвоем они накинули мешок на злополучный спутник и загерметизировали шов.

– Надеюсь, что‑нибудь там еще осталось…

– А я, пожалуй, был бы рад, – тихо ответил Стоун, – если б там не осталось ничего…

Они вернулись к телу доктора Бенедикта. Стоун подошел и тряхнул его за плечи. Окоченевший труп свалился со стула на пол.

Бертон обратил внимание на локти, и внезапно его охватило сильное возбуждение. Он склонился над телом.

– Ну‑ка помогите мне, – попросил он Стоуна.

– Что делать?

– Его надо раздеть.

– Зачем?

– Хочу проверить, есть ли признаки венозного застоя.

– Но зачем?

– Сейчас увидите, – сказал Бертон.

Он начал расстегивать рубашку и брюки доктора. Оба ученых сосредоточенно возились до тех пор, пока на полу не простерлось обнаженное тело.

– Вот, пожалуйста, – Бертон отступил на шаг.

– Черт возьми, – заявил Стоун.

Никаких следов отечных изменений кожи вследствие венозного застоя! Обычно, когда человек умирает, кровь под воздействием силы тяжести оттекает вниз.