Изменить размер шрифта - +

Когда все это произошло, Уэйд находился неподалеку. При вспышке молнии он, к своему ужасу, заметил светловолосую головку Шторм, мелькающую над черной водой. До этого у Уэйда и в мыслях не было, что девушка скачет вместе с ними за обезумевшим стадом. Сознание того, что Шторм угрожает реальная опасность, буквально оглушило его, как удар тяжелого молота по голове. На мгновение он помертвел от ужаса, но тут же схватился за висевшую на луке седла свернутую кольцами веревку и метнул лассо в том направлении, в котором только что видел Шторм.

Но петля упала в воду, никого не заарканив.

Придя в неистовство, забыв себя, Уэйд пару раз что было сил выкрикнул имя Шторм, но не получил никакого ответа. Он сознавал, что даже если бы она и отозвалась на его зов, он вряд ли бы расслышал ее голос. Рев обезумевшего скота, крики и вопли ковбоев заглушали все остальные звуки.

Жеребец Уэйда, Ренегейд, зафыркал и вынес всадника на берег, но Уэйд снова погнал его в воду, направив вниз по течению. Он держался поближе к берегу, в отчаянье пытаясь хоть что-то разглядеть во мраке. Может, кобыле удастся вынести Шторм на берег, говорил он сам себе. Если Шторм знает, как вести себя в такой ситуации, если ее учили этому, если она вцепится руками в хвост лошади, она спасется. Но что будет с девушкой, если какое-нибудь бревно или случайный кусок дерева со всего маха столкнется с ней? – тревожился он.

– О Господи, – промолвил он, когда новая вспышка молнии осветила всю местность, и он увидел стоявшую на берегу кобылу Шторм с раздувавшимися от усталости боками и бессильно повисшей головой. У ее ног лежало ничком неподвижное тело, уткнувшись лицом в траву. Казалось, сердце сейчас выскочит из груди Уэйда, он пришпорил своего выбившегося из сил жеребца, направляя его к берегу.

Уэйд спрыгнул с седла прежде, чем его конь выбрался на сушу. В два прыжка он добежал до распростертой на земле Шторм и, упав рядом с ней на колени, склонился над ней. Перевернув безвольное тело девушки на спину, он убрал волосы с бледного лица, а затем попытался нащупать пульс на ее безжизненном запястье. Пульс прощупывался. Шторм была жива. Ее сердце билось ровно и сильно. Уэйд громко возблагодарил Бога, и при звуке его голоса ресницы Шторм дрогнули и глаза открылись. Она прошептала имя Уэйда, и он схватил ее в свои объятия, припав губами к ее холодным губам. Ее руки вцепились в плечи Уэйда с каким-то невыразимым безнадежным отчаяньем, как будто кто-то отнимал его у нее.

– Я уже думал, что потерял тебя навсегда, – хрипло прошептал он, прерывая поцелуй, а затем, как будто вдруг окаменев, поднял голову и прислушался.

Совсем близко раздавались мужские обеспокоенные голоса, выкликавшие имена Шторм и Уэйда. Уэйд узнал глубокий баритон Кейна и надтреснутый старческий голос Джеба.

– Мы здесь! – что есть силы закричал он и снова уложил Шторм на землю. Через пару секунд к ним по мелководью подбежали Кейн и Джеб.

– С ней все в порядке? – тревожно спросил Кейн, устремляясь к сестре.

– Все отлично, Кейн, – голос Шторм звучал хрипло и приглушенно. Она наглоталась речной воды и была страшно утомлена. – Я только очень устала…

Кейн усадил Шторм на земле и пока он ощупывал тело сестры, проверяя нет ли у той переломов, старый Джеб неловко гладил намокшие волосы Шторм, с которых стекала вода, своими заскорузлыми руками.

– Я не знал, что ты поскакала с нами, Шторм, – произнес он, – иначе я бы глаз с тебя не спускал.

– Никто не знал, что ты, как сумасшедшая, бросилась с нами, мужчинами, в погоню за скотом, – сердито проговорил Кейн. Теперь, когда он успокоился, убедившись, что сестра жива и здорова, он мог позволить себе сердиться и ругаться на нее за ее выходку, чуть не приведшую к гибели.

Быстрый переход