Выполнить команду — замереть, давая телу хоть капельку отдыха.

Выполнить команду…

Если уж даже я ощутил себя каким-то големом, то что говорить о парнях.

Стеклянный взгляд, отрешенные лица, минимум движений.

Если бы у меня была возможность подумать и проанализировать тренировку, я бы присвоил Жижеку звание тренер года.

За какой-то час он превратил нас в идеальных солдат — бездумных машин, которые сначала выполняют приказ, а потом… ждут следующий.

И когда раздалась команда:

— Залезть на стену! Живо!

Тело сработало быстрее, чем мозг, и я осознал, что лезу по практически отвесной стене, уже ближе к краю.

Фил безуспешно прыгал где-то внизу — его вес не давал ему даже подтянуться.

Славик, чей мозг, видимо, не отключился, стоял на месте и удивленно пялился на нас.

На нас — это на меня и Мирона. Вот только кузнец, в отличие от меня, закинул ногу за кромку и уже, считай, залез.

А я… А я понял, что вскарабкаться по ней нереально раньше, чем добрался до края.

Сердце прыгнуло в пятки, руки разжались сами собой, и я полетел спиной вниз — прямо на песчаный плац.

Последней мыслью, промелькнувшей в голове, перед тем, как из меня вышибло дух, было:

«Мне же сегодня ещё с Толстым встречаться…»

Глава 17

Смутно помню обрывки далёкого разговора — кажется Оут орал на Жижека, а тот оправдывался, что «Но ведь почти получилось!».

— Какая к ксурам Боевая медитация, Жижек! Им по тринадцать лет!

— Сэр, но ведь здоровяк смог! Залетел на стену, как белка, а потом за амулет схватился!

— Повезло просто…

— Да и Михаил тоже почти забрался, ему буквально полуметра не хватило.

— Вот именно, что почти! Да если бы не его доспех, он бы себе шею сломал! Или спину!

— Но сэр…

— Жижек! Отставить отсебятину! Иди по десятидневной программе! Медленно и печально. Понял меня?

— Так точно, сэр.

— Всё, господа гимназисты, забирайте своего товарища и шуруйте домой. А ты Жижек… Наряд вне очереди!

— Есть наряд вне очереди…

Потом, пыхтящие от напряжения парни тащили меня до домика и делились впечатлениями:

— Оно как бы, ну такое! Тяжело описать. Типа, знаете, как Ольга Ивановна говорила про стеклянную яркость сознания…

— Может быть «Кристальная ясность сознания»?

— Во, точно! Оно! Я как бы не видел никого вокруг, я даже стену эту не воспринимал как стену. Мне просто нужно было выполнить поставленную задачу

— З-здорово! У м-меня т-так не в-вышло.

— Тело как бы само все сделало. Чем-то похоже на ночную ковку было. Помню мастер оставлял меня на ночь ковать сто пятьдесят дуг для арбалетов, и уже на тридцатой руки сами все делали. А я мечтал, что… Ну, кхм, неважно, кароче.

— Видимо у нас со Славиком не получилось. Потому что мы склонны анализировать и критически осмысливать происходящее.

— Чего?

— Н-наверно. Но я бы х-хотел п-попробовать отключить м-мозг. Н-не думать н-ни о чем, н-не с-сомневаться… Чтобы как М-мирон или как т-ты стать. В-весёлым!

— Эх брат, думаешь у нас проблем нет? Да знал бы ты, каково это каждый день просыпаться в чужом княжестве и гадать — придут сегодня за нами или нет? И если придут, то свои или местные…

— Или про семью думать. Ну я как бы про своих… Это ладно сейчас Роман помог, а что дальше будет? И что всю жизнь в этой пустыне жить? Да и выбор этот… Я же как бы всю жизнь мечтал стать опорой княжества…

— Скажи ещё Десницей! Хе-хе… Что правда Десницей хотел стать?

— Ну чего тут такого?

— Д-достойная ц-цель.