— Кстати, Роман, — при одноклассниках я решил называть Дубровского полным именем. — Когда будет встреча с родными, попроси для себя зелий. Чувствую, нам вскоре предстоит много всего интересного.

— Я хотел сам, — нахмурился было Роман, но я не дал ему договорить.

— Ты и так сам. А то, что род тебе поможет — так не для этого ли нужна семья? Помни, мы сейчас меняем деньги на время. И время однозначно ценнее.

— Хорошо, — подумав, кивнул гимназист. — Тогда попрошу отца и для вас достать зелий.

— Не стоит, — я покачал головой. — Это мы с тобой сейчас друзья, а для твоего отца мы будем инвестицией с непредсказуемым результатом. Для начала нам нужно показать, что мы и сами можем чего-то достичь.

— Но тогда и мне…

— А вот тебе не надо, — уверил я его. — У тебя тройка в Магии! Ты и так всю жизнь доказываешь, что достоин. Настал черед принять награду и развиваться дальше.

— Ты вроде младше нас, — с досадой произнёс Рома, — но какой-то не по-детски мудрый.

— Во-во, — поддакнул Филипп, — я тоже заметил.

— И я, — неуверенно кивнул Славик.

— Из учёных наверно, — пожал плечами Мирон, которого мало волновали высокие материи. — Ещё приседать-то будем?

— Будем, — кивнул я, чувствуя приятную боль в натруженных мышцах, — но завтра.

Пацаны тут же с облегчением выдохнули и заулыбались. Вот только я ещё не договорил.

— А сейчас отжимаемся! Три подхода по двадцать и в душ!

— А может… — начал было Филипп.

— Мирон!

— Всё-всё, отжимаюсь…

Видя, что ребята не спешат принимать упор лёжа, я показал им пример и еле-еле выдал двадцаточку.

— Уф! Давайте, ребят! Ещё пара дней и северян одной левой расшвыряем!

— Да я и сейчас любого из них, — возмутился здоровяк. — В бараний рог согну!

— Это вряд ли, — покачал головой Дубровский, переводя дух после первого подхода. — Они с детства как воины воспитываются.

— Я тоже, — нахмурился Мирон. — У меня дед сотником в дружине был!

— Мирон, — я поспешил вступить в разговор, — Северяне — разрушители. Их смысл жизни убивать и быть наемниками. Ну, если я, конечно, правильно понял…

— Не совсем, — тут же влез Филипп, — на самом деле у них есть свой кодекс чести и даже глобальная цель — вернуть былое величие.

— Но на княжества и дворян они работают с охотой, — пожал плечами Рома. — Парадокс.

Филипп хотел было что-то возразить, но я его опередил.

— Ребят, с удовольствием послушаю ваш рассказ о северянах чуть позже. Сейчас же, я вел к тому, что северяне — Разрушители по своей сути, а наш Мирон, — я хлопнул по стальному плечу кузнеца, — созидатель. Защитник, я бы сказал. Творец.

Мирон задумался, а вместе с ним и остальные ребята.

— Ломать много ума не надо, а вот строить, создавать, созидать — это совершенно другой коленкор! В перспективе Защитники и Творцы побеждают Разрушителей.

— То есть ты хочешь сказать, — задумался Филипп, — что если Мирон пойдет исключительно по стезе Воина, он всё равно не сможет догнать северян. Но если продолжит совмещать Воинское дело с кузнечным, то…

— Именно, — кивнул я, порадовавшись сообразительности толстячка.