— Боишься, что я в кого-нибудь врежусь? — поддразнил он.

— Может, все-таки поедем чуть медленнее? — робко предложила Мелисса.

Луиджи улыбнулся шире. Вновь взялся за рычаг переключения передач, скользнул взглядом по дороге, затем снова обернулся к девушке и наконец-то — слава Богу! — сосредоточил все свое внимание на новом повороте. Заложил крутой вираж — и поворот остался позади.

— Я еще ни разу в аварию не попадал, — заверил он свою спутницу. — И впредь не собираюсь.

Это точно, подумала Мелисса. Такие в аварию не попадают. Луиджи дель Кастаньо мчится по жизни на полной скорости, давя на педаль газа, а прочим машинам — и не только машинам! — остается лишь убраться с его пути подобру-поздорову. Этот человек всегда получает то, чего хочет.

Особенно если это касается женщин.

Мелисса закусила губу. Если Луиджи приглянется женщина, он просто протянет руку и возьмет свое. Да и какая женщина скажет ему «нет»? Какая женщина в здравом уме ответит ему отказом?

А она, Мелисса? Сумеет ли она сказать «нет»?

По всему ее телу разлилась дурманящая истома. Перед мысленным взором возникла картина: вот Луиджи подходит к ней, смотрит на нее — жадно, пылко, требовательно, — берет за руку, ведет в свою спальню… А она не сопротивляется, потому что принадлежит ему безоговорочно, полностью…

Дыхание Мелиссы участилось, в крови разлилось жидкое пламя, легкая вибрация сиденья передалась бедрам. Видение ослепляло своей яркостью, фантазия превращалась в осязаемую реальность… Неужели это всего лишь разыгравшееся воображение, и не более?

Итак, скажет ли она ему «нет»? Сможет ли? Захочет ли?..

Что за мучительный, дразнящий вопрос! И ответ на него, как ни печально, Мелисса знала заранее.

Да, но ведь Луиджи с ней ни о чем таком не заговаривал… И кто сказал, что вообще заговорит?

Мелисса искоса взглянула на своего спутника. В профиль он выглядел еще более эффектно, если, конечно, такое возможно. Высокие скулы, орлиный нос, гордая линия лба. И эти губы, словно вышедшие из-под резца античного скульптора.

Мелисса на миг представила, как они касаются ее кожи… И, решительно отведя взгляд, уставилась в окно.

Луиджи пусть себе демонстрирует высший класс экстремального вождения, а ее, Мелиссу, занимает Италия. Ею-то она и станет любоваться.

Италия — родина Джованни. А теперь и ее родина тоже. Благодаря Джованни, который привез ее сюда. Сюда, к себе домой. Теперь Италия станет домом и для нее, Мелиссы.

При этой мысли девушка непроизвольно посмотрела на Луиджи. Ведь это и его земли тоже. Его родина. Его дом.

Повсюду вокруг — от островов и до гор, от моря до оливковых рощ и виноградников — лежала древняя и вечная, неподвластная времени страна, колыбель западной цивилизации, родина европейского Возрождения. Спустя века ее искусство и ее мысль по-прежнему одухотворяют и озаряют мир.

Мелисса завороженно глядела по сторонам. Солнце заливало светом пейзажи, что словно застыли в безмятежной неизменности на протяжении многих веков. Серебристые оливы, аккуратно подстриженные и ухоженные, обещали богатый урожай. В тени дерева привязан ослик, он мирно пощипывает травку, не обращая внимания на машины. Тянутся невысокие, пышные виноградники, пурпур созревающих ягод выделяется среди зелени…

Дорога вилась среди холмов и рощ. Впереди замаячил трактор с прицепом. Мелисса видела широкую, мускулистую спину фермера за рулем, его потемневшую от пота рубашку. Луиджи сбавил скорость. Демонстративно «подрезать» трактор на своем броском «порше» он не стал, напротив, терпеливо дождался, когда тот свернет в поле, и только тогда прибавил скорости.