|
- Виленоль Иловина выбирала театр, близкий ее разбуженной наследственной памяти. - То ясно! Но разве пробужденную память прошлого не надо заставлять служить будущему? - Что вы имеете в виду? - спросила Вилена, думавшая о том, в каком состоянии находится теперь бедная Виленоль. - Я имею в виду воображение зрителя. Зритель сам представит себе все, что не видит. Это и есть новый театр. - Я вижу, вы современнее всех ваших новых современников, - заметил Толя Кузнецов. - Но условность в искусстве вовсе не его свойство в грядущем, это скорее возврат к прошлому. - Что имеет в виду друг-биолог? - То, что условность, о которой вы говорите, была свойственна театру еще в давние времена. Скажем, в Древней Греции или на Востоке. Вспомните, условность греческого хора на сцене или роль присутствующих там, но не участвующих в действии корифеев!.. А китайский или японский театры? Те вообще построены были на языке условностей! - Ах, нет! - отрезала Ева. - Я говорю, что актер должен пользоваться воображением зрителей, а не их знанием языка жестов. - Если так, то воображение больше всего участвует при чтении книг. Там нет ни героев, ни декораций. Волшебная сила написанного слова воспроизводит все это в сознании. Однако это не театр. Театр был для Виленоль всем. Провал ее первого спектакля, в котором она приняла участие благодаря "эффекту присутствия", сразил ее. Примчавшаяся к ней Вилена застала ее в самом тяжелом состоянии. - Не удивляйтесь, ежели всю вину приму на себя, - сказал Вилене академик Руденко, кивнув на Виленоль. - Должно быть, не учтена в нашем эксперименте психологическая сторона. Однако без вас, родная Виленоль, - он обращался уже к больной, - мы ничего не сможем добиться. Нужна воля и стойкость. Нужна любовь к жизни, а вы?.. Что вы пытались с собой сделать? - Что? Что такое? - заволновалась Вилена. Руденко взял длинную пластиковую трубку в том месте, где она соединялась. Руками показал, как обе части трубки расходятся, а глаза скосил на лежавшую в постели Виленоль. Лицо ее было измучено. Глубокая скорбь роднила ее со вчерашней Анной. Вилена встала на колени около постели названой сестренки и взяла в свои руки ее пальцы. На них еще остались со вчерашнего дня неснятые кольца Карениной. Вилена стала целовать эти пальцы. - Я не хочу так жить, - сказала Виленоль, на миг открыв глаза. - Это не жизнь, а ложь перед природой. Академик Руденко тяжело вздохнул. Вилена плакала вместе с Виленоль. Молодой Питер тен-Кате выбежал из театра сразу после того, как Анна Каренина исчезла со сцены. Он не мог больше там находиться, чувствуя в чем-то свою вину. |
