— Входите! — Вадим буквально втащил их внутрь. — Давайте. Представляете, у нее даже лекарств никаких нет.

— При сотрясении мозга надо просто отлежаться, — сухо сказала Ольга. При электрическом свете (Вадим вкрутил лампочки не только в прихожей, но и в комнате, и на кухне, и теперь квартира буквально пылала) она выглядела моложе, а еще казалась растерянной и растрепанной, словно только что проснулась.

Вадим посмотрел на нее, кажется, снисходительно.

— У меня брат доктор, я лучше знаю. Ну ладно, ложим его на диван.

— Правильно говорить «кладем», — это Ольга.

— От ведьмы из берлоги не желаю слышать исправлений моего русского языка… ты сама хоть с кем-то кроме своего пианино общаешься?..

Сергей был успешно уложен на диван, Ольга отправлена греть чайник. Потом Сергей заснул, а они втроем сидели и разговаривали на кухне. Вадим моментально развернул деловитое, но спокойное обсуждение.

Он спросил Лену, что известно симарглам о завтрашнем открытии памятника, узнал, что неизвестно ничего, кроме смутных предчувствий. Предчувствия эти он подтвердил, и заявил, что состоится церемония посвящения города «так сказать, силам тьмы» — так он и выразился.

— Где?.. — удивилась Лена.

— Где?.. — Вадим лукаво прищурился. — Где же еще, как не в подземельях под памятником. Там же еще с дореволюционных времен подвалы — огого. Это, так сказать, сердце города. И там по законам Голливуда должно произойти все решающее.

— Это не просто законы Голливуда, — покачала Лена головой. Эта мысль только что пришла ей в голову, но казалась ей непреложно правильной. — Это еще и законы магии. Потому что магия действует всегда одинаково, независимо от того, как ее называешь.

— То-то и оно, — Вадим смотрел на нее все так же с улыбкой. — Какая жалость, Лена, что нам с тобой категорически некогда пока общаться! Мне кажется, мы бы подружились. Тем более, что скоро станем родственниками… ну, годика через два, я думаю.

— Подожди, — Лена потела лоб. — Ты вот что, взял так просто Кате и сказал, что ты — основа, что города — это живые существа, и что существуют симарглы, и что я одна из них… кстати, откуда знал?..

— Я тебя видел на твоих похоронах, — пожал плечами Вадим. — Это откуда узнал. А потом, ты приходила к моему брату… он врач, помнишь, я уже говорил. Он мне в конце концов рассказал эту историю, хотя и не хотел сначала: боялся, что я подумаю, что он свихнулся, как мама наша. А почему я ей сказал… ну, это же Катя. Я не мог не сказать. Тем более, что ей очень тяжело было, когда ты умерла. Может быть, даже тяжелее, чем твоим родителям.

— Тяжелее?..

— Ты даже не знаешь, как тебя любит твоя младшая сестра, — укоризненно покачал головой Вадим. — А ведь очень сильно. Она всегда старалась тебе подражать. И, когда ты умерла…

Он замолчал. Лена почувствовала, насколько она мало знала о Кате. Насколько она вообще знала мало о мире, который ее окружал. И ей стало до звона в ушах стыдно.

— Ладно, — Вадим хлопнул себя по бедрам. — Что там твои симарглы? Где они? Что они собираются делать?

— Вик — этой мой напарник — обещал собрать кое-кого… Я только не знаю, где они и когда придут….

И тут в дверь позвонили.

Ольга выронила из рук сахарницу, которую зачем-то держала, и сахар рассыпался по всей кухне.

— Кто бы это мог быть? — удивленно спросила Лена.

— Лена, да ведь у меня нет звонка! — ахнула Ольга.