Так что мне обломилось ещё 50 тысяч рублей, орден Владимира и чин капитана первого ранга (это в девятнадцать-то лет). Учитывая, что во главе Русского Флота фактически стоит Павел, у меня появился хороший союзник. Дело в том, что наш флот способен расхерачить Петербург, если тот вдруг придёт к неповиновению по какой-либо причине. Будет выглядеть наподобие того, как Ельцин расстреливал танками российский парламент, но гораздо эффективнее. И никакой гвардейский полк никакому Зубову не поможет в деле свержения монарха.

Встречи с Елагиным, как и беседы «старого с малым», постепенно подошли к кое-какой конкретике.

— Иван Перфильевич, ныне можно не только предположить, но и рассчитать нахождение регионов, где имеются месторождения золота и драгоценных камней. Но там практически везде необустроенные территории, которые нужно освоить. Если этого не сделает сейчас Россия, то завтра там будут англичане, французы или голландцы.

— Видимо расходы будут большие?

— Всё относительно. Я уже отправил самую дешёвую и начал подготовку к ещё одной, которую могу организовать за свой счёт. Но более дорогостоящие мне не по карману.

— Наши ложи могли бы предоставить финансы, но как проверить имеется ли в том месте золото?

Тут-то я и «объяснил», что проверка связана с риском для кошелька.

— Вот, например, программа действий в Альта Калифорния, — сразу разворачиваю примерную карту, — Здесь есть хороший залив, полный удобных бухт. Испанцы пока не имеют ни сил, ни возможностей для его освоения. И ещё лет 30–40 им будет не до него. Максимум, так это доминиканцы построят там парочку небольших миссий.

— И много ли там золота?

— В этом и интерес к региону. Золото имеется, но он важен так же для другого.

Храповицкий тоже внимательно вслушивается и вглядывается, видимо почуял нечто важное для государства.

— Здесь, внутри, имеется прекрасная плодородная долина по которой протекают две крупные встречные реки, тут и тут, — показываю пальцем, чтобы нагляднее было, — если эти места освоить, то можно организовать снабжение продовольствием и товарами всего тихоокеанского побережья России.

— Семён Афанасьевич, так у нас же нет особого выхода к Тихому Океану, да и далеко это.

— Иван Перфильевич, я молод настолько, что доживу до того времени, когда наша экспансия на востоке обеспечит владение тихоокеанским побережьем отсюда и до сюда, — шубуршу, разворачивая ещё одну карту.

Собеседники почёсывают репы, так как о таких глобалях не задумывались никогда. Юношеские мечты и детский лепет, а им хочется чего-нибудь попроще и поближе.

— Понимаю, господа, поэтому придётся продать калифорнийский проект более состоятельным и обстоятельным англичанам, французам или голландцам. Ничего страшного, не берите в голову.

Поступило предложение подождать и не спешить. Вдруг когда-нибудь кто-нибудь проведёт первичные исследования, и тогда по-готовому… Я специально промолчал, чтобы оппонент мог закончить фразу, но Елагин заткнулся. Сообразил, что получив результат после исследования, те же англичане сами добудут всё золото Калифорнии, если оно там есть.

— А попроще, господа, у меня проектов нет. Впрочем мы и в России неплохо живём, вон какую хорошую репу в имениях выращиваем, прямо загляденье.

Уважаемые ждуны почему-то притихли, наверное о любимой брюкве вспомнили.

Чую, что перегнул палку и потерял Елагина. Он уехал не только задумчивый, но и расстроенный. Видимо недоволен моим мальчишеством и благоглупостью, так как держал меня за серьёзного человека до этого.

Наставник тоже: то ли расстроен, то ли разочарован. Выпросил у меня калифорнийские карты, чтобы показать всю мою тупость императрице, выпросить у неё разрешение отказаться от меня, с чем и отбыл в Зимний на доклад.