— Кто они были?

— Скорее всего минги. Фаталь Келдаро утверждает, что почерк мингских «ночных кошек»… они любят пользоваться удавками.

— Удавки предпочитают многие… тайные воины.

— Это так, но есть и другие признаки. Признаться, я сам не все понимаю, но словам Келдаро можно доверять. Он лучший из фаталей… — старик вздохнул, — после Дрю, конечно.

— О Дрю никаких известий?

— Никаких. Но еще рано, мы лишь знаем, что он успешно выполнил возложенную на него миссию, но добраться до места встречи с кораблем он не успел. На это надо много времени, куда больше, чем съездить в Орхаен и обратно.

— Поездка была, — Шенк усмехнулся, — наполнена впечатлениями.

— Не сомневаюсь. Так вот, когда стали выяснять, что могло понадобиться «ночным кошкам» в Цитадели, обнаружилось, что магистра Реффенберка нигде нет. Обыскали всю Цитадель, а потом чуть ли не всю Сайлу. Сначала искали магистра, потом… его тело. Безуспешно. Не исключен вариант, что вершителя убили и сбросили в ров с камнем на ногах. Или он сейчас мирно дрыхнет в какой‑нибудь таверне после неумеренного возлияния.

— Магистр Реффенберк? — Шенк недоверчиво хмыкнул. — Помнится, он вообще редко покидал Цитадель… да и то больше для того, чтобы побродить по лавкам, поискать у торговцев какой‑нибудь особо редкий манускрипт.

Борох вздохнул и понурился.

— Да, все верно, таков он и был… есть… поэтому мы и полагаем, что убийцы приходили сюда именно за ним. И не за его жизнью, а за его, так сказать, головой.

— Увели с собой?

— Да, видимо, так. Плохо то, что мы все еще не догадываемся, зачем им нужен старик. Хотя он знал многое, многое… куда больше, чем хотелось бы.

— Думаете, они могут вернуться?

— Так считают другие, — хмыкнул Борох. — Потому и стражу усилили вчетверо. И здесь, и в городе.

— Если я правильно помню, от «ночных кошек» стража не защитит. Обычная стража, разумеется.

— Да, не спорю… сейчас Великого Магистра, да и нас тоже, охраняют воины не хуже. Но их мало, всего двад… гм… мало, в общем. Сейчас вроде бы опасаться нечего, Император Явор Герат Седьмой отступил за прежние границы и даже вроде бы намерен выплатить некую сумму, за нанесенный, так сказать, ущерб. Война закончилась.

— Минги готовы принести извинения? — Удивлению Леграна не было предела.

— Если это можно так назвать. Императору вести войну в одиночку не с руки, Орден все же сильнее… или он думает, что сильнее. Кейта увязла в драке с арделлитами прочно, не выберется в ближайший год. А то и вообще не выберется.

— Что ж содержалось в той вести, что должен был передать Дрю?

Вопрос был задан равнодушным тоном, так, не вопрос даже, а скорее мысли вслух, но внутренне Шенк напрягся как струна. А вдруг Борох не заметит подвоха, ответит… О да, касаться тайн большой политики всегда опасно, но Шенку до зубовного скрежета хотелось узнать, как же удалось сдвинуть с места могучую, жестокую, но не слишком уж воинственную Ардел‑лу, сдвинуть так, что грохот прокатился по всему миру.

Но Борох не зря десятки лет преподавал в Семинарии, своих учеников читал, как раскрытую книгу. Он лишь усмехнулся, понимая, что понял тайные желания темплара, отрицательно покачал головой.

— Есть тайны, друг мой, коим лучше оставаться тайнами. Скажу одно: бывают преступления, о которых не забывают. Никогда. Но вернемся к делам здешним, куда более насущным. Орхаен свою задачу выполнил, задержал имперцев на небольшое, но очень важное время. Два штурмовых корпуса, что шли к Орхаену, попали в ловушку, их уничтожили полностью, до последнего человека.