Он взглянул на Бороха, и тот, видимо, прочел в глазах молодого темплара неуверенность и непонимание. Кивнул:

— Да, мы тоже долгое время не понимали смысла этого текста. «Синее Пламя» — такое имя носил в давние времена один предмет — кристалл неизвестного камня исключительно красивого синего цвета, это название, или, вернее будет сказать, имя встречается в паре‑тройке совсем древних летописей, что были написаны еще до появления Арианис и ее демона Ши‑Латара. О том, что представлял собой этот кристалл, там не говорилось. Сам он давно исчез, возможно, еще при жизни Сиксты.

— Вы сказали, что «долгое время не понимали»… Сейчас что‑то изменилось?

— Да. Примерно три декты назад поднялась тревога. Один из учеников, чья очередь была стоять на страже возле статуи, заявил, что глаза — помнишь, они сделаны из крошечных осколков синего стекла? — засветились. На мгновение, не больше. Когда прибежали магистры… да‑да, я тоже, несмотря на годы, несся чуть ли не быстрее всех, хотя никто не может похвастаться, что обогнал Великого Магистра… так вот, статуя была такой же, какой я помню ее с детства. Но молодой человек клялся всем, что для нас свято, что видел сияние в глазах Галантора.

Магистр отпил глоток холодного сока, дабы освежить пересохшее горло. Даже не заметил, что несколько капель пролились мимо, пятная мантию.

— М‑да… так вот, повторно тревогу подняли спустя шесть дней. Теперь уже другой юноша, даже двое — после того, первого, случая на пост стали ставить сразу двоих, дабы ничего не упустили. Оба клялись, что видели сияние, продержавшееся целых два вздоха. Но затем оно погасло. Позже я видел это сияние — оно появляется все чаще и чаще, теперь уже по нескольку раз в час.

Он помолчал, давая Шенку возможность осознать услышанное, и, видя, что темплару это не очень‑то удается, вздохнул:

— Я хочу сказать, что вскоре, видимо, сияние глаз статуи станет непрерывным.

Глаза Шенка метнулись к пергаменту, который он все еще держал в руке.

— Вы хотите сказать, что эти строки — о сиянии глаз статуи?

— Весьма вероятно… весьма. Этот документ и в самом деле написан лично Святой Сикстой. Правда, почти весь документ утрачен — если старые хроники не лгут, много лет назад… много веков назад в Цитадели был страшный пожар, погибло много старых рукописей, а то, что уцелело, оказалось в немалой степени поврежденным. К сожалению, тогда еще не было принято со всего, что кажется важным, снимать одну, две, а то и более копий, дабы хранить в разных местах. Но у этого документа есть копия, вот, видишь маленькую закорючку в уголке листа?

Шенк пригляделся — и в самом деле какой‑то крючок… то ли небрежная подпись, то ли просто цепочка пятен на пергаменте. Детали разглядеть невозможно, особенно здесь, в полумраке библиотеки.

— Это в самом деле подпись, — подтвердил Борох. — Вернее, даже не подпись, а буква. Так в прошлом метили рукописи, коих делали более одной, дабы помнить, какую куда отдать. Если бы она была единственной, то и метку на нее наносить бы не стали.

— А где копия?

— Если бы знать.

Легран снова пробежал глазами по пергаменту, стараясь Угадать, что могло содержаться в ныне стертых местах.

— Из этого обрывка можно понять, — неуверенно пробормотал он, — что когда сияние глаз статуи появляется на миг, то это есть лишь предупреждение. Когда же сияние становится непрерывным, значит, угроза уже велика и необходимо чтобы устранить ее, найти и уничтожить «Синее Пламя». Так?

— Весьма вероятно.