Будьте уверены, уж он постарается, чтобы она вспоминала ирландца, когда будет с другим.

– Готово, Донован? – В мысли Уильяма ворвался густой тенор Моргана.

– Готово. – И он повернулся к другу.

Морган даже в своей обычной одежде для путешествий выглядел привлекательно. Поношенная фланелевая рубашка и холщовые штаны, шляпа с широкими опущенными полями, низко надвинутая на лоб, пояс, на котором с обеих сторон висело по «кольту» вперед рукоятками, как обычно делают кавалеристы, только подчеркивали его мужскую красоту. Кожаные ботфорты поднимались над сапогами с высокими каблуками и мексиканскими шпорами. Свое ружье он укрепил, как принято в Аризоне, на передней луке седла, а к задней луке привязал старое индейское одеяло. Его выносливый индейский пони мог пройти больший путь, чем почти любой другой в Аризоне, и к концу дня обычно бежал рысцой так же, как бежал поутру.

Здешние жители говорили, что Морган умеет ездить верхом и идти по следу не хуже любого апачи. И сегодняшним утром его вид полностью соответствовал его репутации и даже превосходил ее.

Виола вышла проводить его.

– Прошу вас, мистер Эванс, берегите себя. Я буду каждый вечер молиться за ваше благополучие, – напутствовала она его.

Лицо Моргана смягчилось.

– Благодарю вас, миссис Росс. Обещаю вернуться как можно быстрее. Через неделю, а то и меньше.

Виола кивнула. Улыбка получилась немного неуверенной.

– Сара собирается устроить великолепный ужин в честь вашего возвращения.

Она просунула руку Уильяму под локоть, и тот успокаивающим жестом погладил ее.

– Береги ее, Донован. Иначе мне самому придется присматривать за ней.

– Черта с два, – отозвался Уильям.

Морган рассмеялся, и напряжение улетучилось.

Морган прикоснулся к шляпе, прощаясь с Виолой, повернулся и пошел со двора, а Уильям и Виола следовали за ним.

Выйдя на улицу, Морган махнул шляпой лейтенанту кавалерии. Еще мгновение – затрубил горн, и одетые в синее всадники пришли в движение. Скопище повозок вытянулось в длину, выехав на открытое место и превратившись в длинный караван. Уильям, Виола, оставшиеся погонщики и жители поселка махали вслед.

Семь ночей по меньшей мере должно пройти, прежде чем его люди вернутся. До того он, Абрахам и немногие оставшиеся будут защищать Виолу от подонка Леннокса.

Глава 14

Прибыв в Тусон, Хэл Линдсей спустился с крыши дилижанса, радуясь, что пытка кончилась, а Холбрук сдерживал лошадей, чтобы все пассажиры могли сойти. Рост и мощное телосложение не позволили бы Хэлу чувствовать себя удобно внутри экипажа, даже если бы он остался единственным пассажиром.

Но конечно, пассажиров ехало много, поэтому он спасался на крыше, где лучше обзор и раньше можно заметить индейцев. А Хэлу не раз приходилось помогать отражать нападение апачей.

Головная боль, результат бандитского налета в Санта-Фе, наконец прошла несколько дней назад, хотя он все еще носил повязку, сделанную врачом. Ему очень нужен парикмахер, чтобы вернуть обычный аккуратный вид своей эспаньолке. Он грязен и голоден – состояние, которого он никогда не испытывал за всю свою службу во флоте, проводя суда по Миссисипи.

– Спасибо за помощь, Линдсей, – крикнул ему Холбрук. На его запыленном лице серые глаза казались очень яркими. – Хорошо бы мы выглядели при последнем нападении, если бы не вы с вашим ружьем.

– Я с удовольствием, – ответил Хэл, удобно пристраивая на боку свое ружье с магазином. Он купил его у какого-то путешественника перед самым ущельем апачей и с тех пор благодарил Господа всякий раз, когда приходилось отбиваться от индейцев.