Взрыв, сотрясший здание, не дал ему договорить, но и без того было понятно, о чем хотел спросить Эндрю.

– Эти суки багров переманили на свою сторону! – Гнев переполнял Пасакантанте, и он уже не говорил, а ревел как бык. – Полиция оцепила релактеку и никого сюда не пускает!

– А взрыв? Что взорвалось?

– Я почем знаю! – Пасакантанте вновь зажал уши. – Джокер, ну где там Мясник? Что?! А твои? Идут сверху? Что-то медленно они идут!

Новый взрыв сотряс здание. Одновременно с этим Пасакантанте получил новое сообщение, от которого пришел в еще большую ярость.

– Как остановились? Мясник погиб? Взорван?! Ну… – Пасакантанте задыхался от захлестнувших его эмоций. – Да вы что там… совсем драться разучились? Что?! В лифте застряли? Лучше пусть сами застрелятся, если я выживу… Пешком пусть идут! Не могут? Почему? В ловушке?! Ну, Майкл… я от тебя такого не ожидал! Вот что! Давай вызывай всех, кто есть! Подключи наших адвокатов, коммерсантов, политиков! Всех! Подключи всех!!! Пусть они свяжутся с Администрацией президента! И остановят этот беспредел! И поторопись, у нас кончаются боеприпасы!

Ричи, так и не осмелившийся напомнить о себе, с тоской посмотрел на нейлон, приковывающий его к креслу. Черт побери, догадаются эти идиоты его отстегнуть или он в таком виде и достанется Компании? Спеленатый и неподвижный? Впрочем, двигаться-то он мог… А раз так, почему бы не попробовать дотянуться до контакта включения «Хака»? Чем черт не шутит, вдруг удастся раскрыть наручники? Ведь там тоже кодовый замок, а следовательно, браслет должен влиять и на него!

Он медленно наклонился вперед и попытался вытянуть подбородок так, чтобы коснуться украшения. Это ему довольно легко удалось. И… все оказалось зря! Хитрые имперцы учли такую возможность и применили оковы с механическим запором!

Неожиданно в коридоре раздались громкие крики, а одновременно возросла и плотность огня! Нескончаемый рев очередей то и дело перекрывался воплем, означавшим, что еще один бедолага получил ужасное ранение. Смертельно раненные кричать не могли, они умирали быстрее, чем их тела успевали отреагировать на боль. Но, судя по тому, что частота выстрелов усиливалась, а криков становилось все меньше, даже ньютаунцу, далекому от тактики ведения боя в закрытом помещении, стало ясно, что сопротивление сломлено и вскоре наступит развязка. Да и о каком сопротивлении можно говорить, когда у каждого из оставшихся на ногах заряда батарей было только на два-три выстрела.

– Армандо, какого черта нет поддержки? – Эндрю все-таки дотянулся до импульсника. Включив его генератор, он готовился дорого продать свою толстую шкуру. – Знать бы, что в засаду попадем, я бы с собой «гатлинг» приволок!

– Ведал бы про засаду, я бы хрен в нее попал! – Со щеки Пасакантанте, рассеченной отлетевшим от стены осколком, сбегала кровь, но куратор не обращал на нее внимания. – Еще бы узнать, откуда эти сволочи пронюхали, что мы прилетим сюда! Я понимаю, если бы Микки здесь не было! Или ньютаунец этот! Тогда бы можно было на них подумать! А так на кого грешить? Кто продал? А без предательства не обошлось, иначе бы бойцы Компании в таком количестве и с таким вооружением здесь не оказались! Да и не начали бы палить с порога! Прежде бы говорить стали! Говорить? Погоди, что же это я…

– Что? Что такое? – встрепенулся Эндрю.

Но Пасакантанте было не до него, у куратора появилась идея, как спасти свою жизнь. А заодно и имперцев, пришедших с ним.

– Эй, майор! – Пасакантанте вошел в Сеть и нашел там идентификатор Стоуна. – Ты что беспредел творишь? Думаешь, нас перебьешь, так без ответа останешься? Да тебе выйти отсюда не дадут! Если и переживешь меня, так минут на десять, не более!

– Да? А у меня другое мнение! – Стоун зло сверкнул глазами.