Первым в банкетный зал ввалился раненый Бартез. Его Ортега узнал только по нашивкам, лицо сержанта было залито кровью, левая рука висела как плеть, правой он тащил за собой капитана Кана.

– О господи! – вырвалось у лейтенанта.

Он бросился навстречу раненому, тот уже не мог стоять на ногах. Следом за ним, под неодобрительным взглядом куратора, ринулся Харлей. Словно позабыв, что те, кому он помогает, только что смотрели на него в прорезь прицела, хозяин релактеки подхватил сержанта и бережно положил его рядом с Эндрю. Тот брезгливо поморщился, но промолчал.

– Отходим! – Крик Стоуна звучал как-то приглушенно, чувствовалось, что он находится в весьма затруднительном положении.

Запоздалый приказ майора прозвучал в эфире одновременно с тем, как в открытую дверь ввалился очередной раненый. Его подхватил один из стоявших рядом бойцов. Ортега же проскользнул мимо имперцев и выскочил в коридор.

– Командир, держись, я иду…

Закончить первый лейтенант не успел. Дикий, режущий ухо невыносимой болью крик того, кто только что был рядом с ними, а теперь погибал, ударил по нервам оставшихся в зале.

– Командир!!!

– Стинг!!!

Оба крика одновременно вырвались из глоток Бартеза и Пасакантанте. И обоим ответом было молчание…

Запертые в ловушке противники растерянно переглянулись.

– Виторио! – простонал Бартез. – Ортега…

Первый лейтенант не откликнулся.

Ричи, так и не сумевший вызвать спасительный страх, сидел ни жив ни мертв. Он словно в полузабытьи увидел, как в дверном проеме вдруг показался тот, кто нес в себе смерть. Темнокожий багор, тот самый, что все это время преследовал его и при этом так странно себя вел, влетел в банкетный зал, будто бы был ангелом смерти! Держа в каждой руке по мощному лучемету, он перемещался неестественно быстро, а стрелял нечеловечески точно! От гибельных лучей его винтовок не мог спастись никто, ни имперцы, ни оперативники. Он не щадил ни раненых, ни мертвых, заряды попадали как в тех, кто еще шевелился, так и в тех, кто уже лежал бездыханным.

Особенно досталось Эндрю Рейгану. Пытавшийся выстрелить из своего импульсника авторитет был разрезан почти пополам! В его крупном теле одновременно сошлись оба луча, выпущенных Валентайном, и теперь Рейган, точнее, то, что от него осталось, представляло собой ужасающее зрелище.

А темнокожий багор не унимался. Его выстрелы нашли Пасакантанте, всемогущий куратор лишился не только звания, но и головы, взорвавшейся от точного попадания, ни Бартеза, мужественно пытавшегося вступить в состязание в меткости с тем, кто не знает промаха…

Ричи пришел в себя не сразу. Рев лучеметов темнокожего убийцы уже минуты две как стих, стрелять было больше не в кого, но ньютаунец все еще не мог осознать, что все это не сцена из какого-то незатейливого фильма или игры, а реально происходящая бойня. Зато Валентайн времени зря не терял. Отбрасывая ногами разряженные батареи, что во множестве валялись по всему полу, он обошел зал. При этом он тщательно осматривал трупы, словно искал кого-то. И наконец нашел! Удовлетворенно хмыкнув, убийца одним неуловимо быстрым движением руки схватил за воротник куртки Харлея и легко, словно куклу, рванул его вверх.

– Эй, Микки, брось притворяться! – прорычал багор, с нехорошей улыбочкой заглядывая в лицо седовласому. – Я же специально следил, чтобы ни один мой выстрел в тебя не попал! Сам видишь, я не причинил тебе вреда! Ну открой глазки, не заставляй меня ломать тебе кости! У тебя их так много, что я до утра буду забавляться твоими воплями! Лучше давай сразу поймем друг друга!

Харлей нехотя поднял бессильно болтавшуюся голову и с ужасом посмотрел в глаза убийце.