— «Ценность вещи определяется ее необходимостью», — всегда говорил папа, — пробормотала Лиззи, потом вдруг нахмурилась. — Да, но бабушка говорила, что мотовство до нужды доведет.

Она покачала головой. Шотландские поговорки есть для всего, и если хорошенько поискать, можно найти подходящую, чтобы оправдать свое действие. Лиззи возобновила работу, а ее нога отбивала такт старой шотландской песенки по спине Реда, который растянулся под столом.

Услышав голоса, доносившиеся в библиотеку через дымоход, она сначала подумала, что Шарлотта разговаривает с Ньютоном, а когда узнала голос дяди, тут же бросилась в гостиную.

Шарлотта сидела у огня, держа на коленях Вина, и стоявший рядом Карсон проворчал:

— Кто-нибудь должен утопить эту проклятую собаку.

— Почему ты здесь и угрожаешь маленькой собаке, дядя? — гневно спросила Лиззи. — Тут есть кто-то еще, кого ты собираешься похитить? Еще одна жизнь, которую ты хочешь погубить?

— И тебе добрый день, Лиззи. — Дядя небрежно бросил плащ на кресло и провел рукой по густым серебряным волосам. — Я приехал сказать, что заплатил ваш долг кузнецу.

— Ах, дядя, как великодушно с твоей стороны.

Шарлотта взяла собаку на руки.

— Мы вполне способны оплатить наши долги, — раздраженно сказала Лиззи.

— Тогда почему не заплатили? И почему, по-твоему, он не может забрать вашу карету в счет долга?

Лиззи опалил жар ярости. Несколько месяцев назад торговец забрал мебель, заказанную отцом, когда не был оплачен счет.

— Я как раз собиралась поговорить с ним, — сказала она, — но меня увезли из собственного дома и принудили к обручению.

— Разговор не деньги, Лиззи. Ты молодая женщина и слишком простодушна, чтоб уговорить торговца или ремесленника. Мне пришлось взять дело в свои руки.

Лиззи презирала его властность, не допускающую возражений. Их долг Карсону продолжал расти, чего он, собственно, и добивался: чем больше они ему обязаны, тем крепче мертвая хватка, которой он держит их и Торнтри.

— Значит, ты еще глубже втянул нас в долги тебе.

равнодушно пожал плечами:

— Если ты выполнишь данную при обручении клятву и откажешься от Гордона, мы сумеем договориться насчет возврата мне вашего долга.

— Я предпочту жить в долговой тюрьме, чем быть обязанной тебе. Я не понимаю, дядя, зачем ты все это делаешь? Что тебе Гордон?

— Гордон! Даже само имя отвратительно! Я не допущу Гордона на землю Била.

— Но это наша земля, не твоя, — спокойно ответила Лиззи.

— Это земля Билов! Я могу задать тот же вопрос тебе, Лиззи. Зачем ты все это делаешь и отвергаешь графа? Он богат и может решить все твои проблемы. Он титулованный…

— Его разыскивают, чтобы повесить, и его принудили к этому союзу.

— Как и большинство мужчин, — ухмыльнулся Карсон. — Ну и как поживает твой муж?

— Он мне совсем не муж.

— Ты обращаешься с ним, как тебе положено? Он спит в твоей постели?

— Дядя! — закричала Лиззи, покраснев от унижения.

Но Карсон был неумолим.

— Прими в себя его семя. Понеси от него ребенка.

— Боже! — воскликнула Шарлотта.

— Он сбежит, оставит тебя, когда у него появится такая возможность, Но если ты родишь его ребенка, он тебя обеспечит и все твои проблемы будут решены.

— Ты… ты не джентльмен, — произнесла Лиззи дрожащим голосом и указала ему на дверь: — Пожалуйста, уходи.