Беспокоиться надо о себе самом и о Телии. Стражник у дверей скрылся при первых признаках беды. При мысли о напрасно потраченных золотых монетах старик хмуро сдвинул брови. В подвале осталось три амфоры воды, их можно растянуть на две недели. Он понятия не имел, в каком состоянии находятся общественные колодцы, и опасался идти выяснять. Осторожно приоткрыв ставню, он выглянул в окно.

На улице было жарко и пусто. Чайки с громкими криками дрались над дохлой крысой, валявшейся здесь уже несколько часов. Больше не было слышно никаких звуков. В воздухе стоял запах горелого дерева. Он приоткрыл окно чуть-чуть пошире и увидел гавань. Далеко над морем, словно громадное зеленое облако, высился Остров.

Чьи-то шаги потревожили чаек. Опустив глаза, старик увидел девушку, завернутую в темный плащ, и на миг его сердце заколотилось быстрее: ему показалось, что это Мирани. Потом она подняла голову, и он подивился — до чего же она худа! Ее лицо осунулось от голода, но глаза были густо подведены. Вот, значит, что это за девушка! Он отпрянул от окна, но она заметила его и крикнула:

— Воды! Умоляю тебя, дай хоть немного воды! У меня маленький ребенок…

Старик нахмурился.

Она подошла к самому окну, поглядела вверх. Он выругал себя.

— Прошу тебя! Только капельку!

Он поглядел на нее и сурово сказал:

— Уходи отсюда.

— Мы умираем!

— Иди домой. На улицах опасно.

— Я могу заплатить. Золотом. — Она протянула ему руку; ладонь была тонкая и грязная. — Или ты предпочтешь…

— НЕТ! — Он в ужасе оглянулся, но, на счастье, Телии поблизости не было. Тогда старик вздохнул и опять обругал себя. — Подожди.

Он спустился в подвал, налил в небольшой кувшинчик застоявшейся воды, принес его в комнату, осторожно разобрал баррикаду у дверей и чуть-чуть приоткрыл дверь — так, чтобы только передать кувшин.

— На, держи, — сказал он.

Девушка выхватила сосуд у него из рук.

— Да благословит Бог тебя и твою семью. Да будет милостива к тебе Царица Дождя. — На миг к его ладони прижались жаркие лихорадочные губы, он в смущении отдернул руку.

— Не надо мне этого. Лучше расскажи, что делается в городе.

Она подошла вплотную к приоткрытой двери; до него донесся шелест шелка, запах приторных духов.

— Северяне захватили Порт, убили много народу, жгут дома, грабят. Так страшно! Говорят, штаб-квартира битком набита крадеными сокровищами. А еще говорят, что наемники убили Аргелина!

По спине старика пробежал холодок.

— Это правда?

— Никто его не видел. Никто не знает, где он.

— А его люди? Приближенные?

— Убиты или разбежались.

Старик прикусил губу.

— В городе действует армия сопротивления, — тихо добавила девушка. — Ее возглавляет сам Шакал. Вы о нем слыхали?

Отец угрюмо кивнул.

— Говорят, он захватил Остров, и Девятеро жриц с ним. Говорят, он вновь распечатает Оракул и будет передавать людям слова Бога, но со всех сторон Остров окружен войском Ингельда, и хотя мошкара кусает всех подряд, защитников Острова она не трогает.

— Папа! Пап, кто это? — Его дернула за руку заспанная Телия. — Это Сетис?

— Нет. — Но девочка успела на миг приоткрыть дверь, и гетера увидела и старика, и Телию.

Старик раздраженно проворчал:

— Иди домой. И больше не приходи сюда.

Он захлопнул дверь, запер ее на защелку, опустил тяжелый засов и подпер переломанной мебелью.