Тим глянул на часы и кивнул. До встречи с ван дер Билом оставалось полтора часа, так что он вполне успевал. А друзья в полиции могли пригодиться.

Раненый патрульный на фоне белоснежных стен и постельного белья казался еще черней. Вся грудь у него была забинтована, а своим изможденным лицом Сэмми смахивал на египетскую мумию. Но при виде Тимофея он радостно выпучил глаза и даже попытался встать.

Тим присел на табурет рядом и придержал раненого.

— Не суетись, парень. Как дела? Смотрю, что ты уже идешь на поправку?

— Сэр! — едва слышно захрипел патрульный. — Вы… вас… я хотел…

Тимофей взял его за горячую ладонь.

— Не стоит. Ведь мы делаем одну работу. Я сам хочу тебя поблагодарить за то, что спас детишек.

— Они все наши дети! — горячо зашептал раненый. — Нет чужих детей… — он запнулся. — А вы, сэр… — Сэмми закрыл глаза. — Вы… спасете всех нас! Я видел, видел, когда шел к Ункулункулу. Он дал вам силу аматлози, наших предков, я видел, я сам слышал…

Сэмми откинулся на подушку, закрыл глаза и замолчал. Судя по всему, слова забрали у него последние силы.

Совсем молодой, еще с юношескими угрями на лбу, больше похожий на студента врач, категорично отмахнул: мол, закругляйтесь.

— Хорошо, парень, — Тим встал. — Я тебя еще навещу, а пока отдыхай, а потом поинтересовался у доктора. — Как он? Шансы есть?

— Часть левого легкого в клочья, — пожал плечами врач. — Пневмоторакс и все такое. Но жить будет, парень крепкий. У этой чешской машинки пульки маленькие, но злые… — он достал из кармана несколько металлических комочков. — 7,65×17 миллиметров, вроде пустяк, а вблизи режет насквозь. Но этому черному повезло, большую часть остановили ребра.

— Разбираетесь, — уважительно кивнул Тим, покатав в пальцах искореженную пульку.

— А то! — гордо задрал нос паренек. — Ну, я побежал, раненых до черта.

— Беги, беги, парень…

В коридоре Тимофея встретили четверо полицейских.

— Сэр! — капрал отдал честь Тиму. — Если вам понадобится наша помощь, только свистните.

— Семми прикрыл собой и мою внучку! — гулко пробасил пожилой усатый капитан. — Капитан Арчибальд Белл, к вашим услугам. Хочу чтобы вы знали, группа быстрого реагирования полиции Солсбери, всегда откликнется на ваш призыв.

Тима все эти признания в «любви» уже порядком надоели, и он поспешил побыстрей отделаться от копов, но ситуация неожиданно его растрогала.

— Как он сказал? — улыбался Тим. — Унгулунунгу, аматлози? Тьфу ты, язык сломаешь. Ну да ладно, лишняя сила мне не помешает. А копы могут пригодиться, правильные парни. Ладно, поехали. Надо бы не забыть прикупить мороженого для девочек…

В одном из открытых павильонов киностудии полным ходом шли съемки. Гора аппаратуры, софиты, куча непонятного творческого народа, стоял дикий шум и гам. Питер ван дер Гал лично руководил процессом: сидел в директорском кресле, лениво потягивал вискарь со льдом и изредка властно порыкивал в мегафон.

Тим остановился неподалеку и решил понаблюдать за процессом.

Тем временем на площадку нагнали статистов: чернокожих и белых, мужчин, женщин и детей, одетых в африканские национальные наряды и в европейскую одежду. Надо понимать, они все символизировали дружное население Родезии.

Вперед вышли две девочки в одинаковых белых платьях.