Террористы быстро откатились назад в заросли, откуда, почти сразу, раздались хлопки минометов.

Первые разрывы рванули с большим недолетом.

— Пиздец нам… — вслух подумал Тим и заорал. — В укрытие…

И сам торопливо забился в щель под валуном.

Вторая серия мин тоже легла с недолетом, правда почти под самым гребнем.

Третья с перелетом, но очень близко. Спасало только то, что минометчики никак не могли пристреляться.

Тимофей пересилил себя, выглянул и увидел, что терры под прикрытием минометного огня опять ринулись вперед.

Трижды звонко хлопнула «немка». Один из повстанцев ничком рухнул в щебенку, второй припал на левую ногу и завалился боком между камнями. Третий, худой и очень высокий, резко рванул вперед, на ходу занося правую руку назад.

Треснула короткая очередь из ППШ, повстанец рухнул, но все-таки успел швырнуть гранату.

Тим как завороженный смотрел на летевший по воздуху шарик, но, увидев, что он перелетает его позицию, снова приник к прицелу.

Позади неожиданно послышался голос стюардессы.

— Я сейчас, я выброшу! Сейчас, я знаю…

Тим обернулся и онемел от ужаса, увидев, как, непонятно откуда взявшаяся Олеся схватила гранату.

— Куда, дура, брось!!! — над ухом заревел бешеный голос Степаныча.

Бабахнул глухой взрыв, завизжали осколки, все вокруг окутал сизый дым, а когда он рассеялся, стало видно неподвижное, окровавленное тело на камнях.

На осыпи саданул громкий взрыв, сработала мина. Троих терров словно косой скосило, остальные рванули назад.

— Обходят! — заорал Русаков. — Справа от меня!

Его пулемет забил длинными очередями.

Тим хотел перебежать к нему, но вдруг услышал пронзительный нарастающий вой. А потом увидел тройку быстро приближающихся «Вампиров» и отделяющиеся от их крыльев бочки с напалмом.

— В укрытие!!! — заорал он, хотя прекрасно понимал, что уже никто не успеет убежать.

Снизу казалось, что бомбы летят прямо на гряду, но череда огненных вспышек в обрамлении черного дыма рванула все-таки в стороне, участок леса с террористами и обломки самолета.

Затрещали волосы, Тимофей прикрыл лицо руками от нестерпимого жара. Носоглотка горела, рука сама потянулась перекреститься, но тут на боевой заход вышла следующая тройка штурмовиков.

На этот раз, пилоты вывалили свой груз точнее, правда они сбросили уже не напалм, а кассетные бомбы.

И в этот раз Тиму с товарищами повезло, гряду задело только краем.

Следом последовал третий и четвертый заход штурмовиков.

Забившись как уж в щель под скалой, Тим уже попрощался с жизнью и даже не поверил, когда наступила тишина.

— Мать их перемать… — рядом хрипло матерился техник, через слово оплевываясь и кашляя.

— Жив, Степаныч? — Тим глупо ухмыльнулся.

— Ага…

Тимофей встал на колени и осмотрелся.

Деревья в лесу обстрогало словно топором, торчали одни стволы, а самолет внизу разнесло на клочья. Основной пожар погас, правда все вокруг заволокло едким дымом.

Утерев саднившее лицо рукавом, Тим крикнул:

— Все живы?

Как очень скоро выяснилось, что погибли только стюардесса Олеся и раненый пилот, которого не успели утащить в укрытие. Да Степанычу осколками камней несильно порубило левую руку и порвало ухо, но почему-то правое.

— Что это было? — устало поинтересовался посол. — Ни хрена не пойму, это нам помогали или…

— Или, — коротко ответил Тимофей. — Это нас всех пытались зачистить.

— Бля… — с чувством ругнулся техник.