— Посмотри на нас. — Мужчина наклонился к Томми. — Наши волосы поседели, у тех из нас, у кого еще остались волосы. Так давно все это было, но какой-то частью мы все по-прежнему там.

— Да, сэр. — Томми крутил в правой руке книжечку спичек, которую взял со стойки. — Мы в большом долгу перед нашей нервной системой. И я слышал, что психологи говорили, когда первые из нас стали возвращаться, что наша бравада все еще с нами, никуда ей не деться. И только когда мы осознали, что мы уже не там, что нам нет нужды и дальше брать в долг у нашей нервной системы, когда мы поняли, что колодцы нашей храбрости пересохли, вот тогда нам действительно стало плохо.

— Очень плохо.

— С тобой было также?

Мужчина кивнул.

— И с годами становится хуже, а не лучше.

— Развелся? — спросил Томми.

— Дважды. Женился на женщинах, которые полагали, что я должен работать каждый день и спать каждую ночь. А ты?

— Не женился ни разу.

Мужчина протянул руку:

— Гарри Келли.

Томми пожал руку:

— Томми Баркер.

Гарри наклонился к бумажному пакету, стоявшему у его ног, поднял.

— Добавь в пиво.

— Виски?

— Бурбон. — Гарри щедро разбавил пиво Томми.

По глазам Гарри, по его манере тянуть слова, по той неуверенной медлительности, с которой тот ехал по округу от мотеля «Лас-Вегас» до «Холлера», Томми знал, что в этот день пить Гарри начал гораздо раньше, и отнюдь не пиво.

— Благодарю. — Он поболтал стакан с получившимся коктейлем.

— Вижу, ты оставил там пару пальцев. — Гарри отпустил пакет на пол.

— Большой палец, пару других и левую ногу.

— Правда? Насчет ноги я ничего не заметил.

— Как бы не так.

— Точно. Ты же вошел и сразу сел.

— Чего мы не можем позволить, так это лгать. Ни себе. Ни друг другу.

— Только другим людям.

— Бессмысленно что-либо объяснять другим людям, тем, кто там не был.

— Ногу я заметил, — признал Гарри. — Извини. Я заметил, что у тебя не хватает и ноги.

Томми улыбнулся:

— Так-то лучше.

— Я ничего не потерял. Только друзей.

— Мы все теряли друзей.

— Точно. — Гари опустошил стакан и пододвинул его бармену: мол, повтори.

— Этот за мой счет. — Томми быстро допил свой и поставил его рядом со стаканом Гарри.

— Да, мы теряли друзей. Самых близких.

Отец Джонс наполнил оба стакана из пивного крана.

— Ты и твой друг сегодня пьете бесплатно, Томми. Я давно хотел угостить тебя.

— Благодарю.

Гарри пренебрежительно усмехнулся:

— Тебя тут принимают, как уважаемого ветерана.

— Я редко захожу сюда.

— Тебя превращают в пьяницу. Ты же из местных, — не вопрос — утверждение.

— Да. У ты откуда?

— Индиана. Блумингтон.

Гарри Келли, 13059 Серк-роуд, согласно Скайлару Уитфилду, напомнил себе Томми. И что скажет Томми, если сейчас я назову его полный адрес? Главное, не показывать виду, что я многое о нем знаю.

— Ты там и родился?

— Да. Конечно. Не знаю. Поблизости. Какая разница?

Когда Гарри вновь разливал бурбон по стаканам с пивом, Томми не стал спрашивать: а что ты делаешь здесь?

— Полагаю, возражать никто не станет, учитывая, что тебя здесь так уважают.