— Ты видишь меня насквозь, — прошептала она. Райли расплылся в улыбке. Нет, вид у него, конечно, был сытый и довольный и ужасно симпатичный. И все равно немного хищный.

— Да, самые мельчайшие подробности, — уточнил он. Танзи улыбнулась и устало вздохнула, вытягивая ноги, затем перевернулась на бок и закинула одну ногу на Райли.

— Знаешь, а Джей-Би кое в чём был всё-таки прав. Райли изумлённо выгнул бровь.

— Это в чём же?

Её улыбка стала лукавой.

— Ты действительно вкладываешь всего себя во всё, что делаешь, Мистер Ракетный Двигатель.

Райли простонал и попытался стащить её с кровати.

— Что ты делаешь? Эй, куда это ты собрался? — не поняла Танзи.

Её тело, казалось, превратилось в мягкое тесто, в этакую удовлетворённую, расслабленную макаронину.

— В душ, притом вместе с тобой, куда же ещё? — ответил Райли и потащил её за собой.

Танзи ничего не оставалось, как голой и босиком поплестись вслед за ним.

Бодрость ей вернули его ягодицы. Какая хорошенькая, крепенькая попка, подумала Танзи.

Хотя вряд ли Райли специально выставил эту свою часть ей на обозрение. За что ему дополнительное очко. Что ж, не зря он провёл свои лучшие годы в спортивном зале. Что до неё самой, она вообще не имела ничего против того, чтобы расхаживать дома нагишом. Наоборот, при первом же удобном случае поощряла это занятие. Особенно если рядом он, Райли.

Эх, только представить себе, какие они твёрдые и гладкие, эти стальные булочки, особенно если их намылить…

Райли остановился, оглянулся на неё и, перехватив её взгляд, можно сказать, застукал с поличным.

— Так ты идёшь?

Танзи улыбнулась и вздохнула:

— Ты будешь тереть первым, любитель мельчайших подробностей.

Правда, нелегко разразиться убедительными проклятиями, когда с лица не сходит дурацкая блаженная ухмылка, подумал Райли.

Да, такого денька у него не было с тех самых пор, как… Впрочем, какая разница? Главное, что давно. Сейчас же Райли был занят тем, что обдумывал дальнейшую стратегию действий, потому что Танзи — а Райли был готов поклясться, что так оно и будет, — наверняка попытается восстановить дистанцию, как только пройдёт пьянящее ощущение от того, чем они с ней занимались в душе. Господи, он со счёта сбился, сколько раз они там кончили, подумал Райли и ощутил, что ему хочется её снова. И не обязательно в постели. Или в душе, если на то пошло. Вот это был секс! Страшно вспомнить, какие звуки исторгали их глотки — и стоны, и всхлипы, и рычание. Но почему-то первым в голову приходило совсем другое: как они хохотали, как подначивали друг друга.

И это как раз то, что ему страшно не хочется потерять. Не то, что было между ними в постели или в душе. А все промежуточные моменты. Все те мелочи, что и составляли её, Танзи.

Райли почему-то думал, что его будут мучить угрызения совести, что он будет терзаться сомнениями по поводу того, имел ли он право нарушить буквально все до последнего правила, которые для себя же установил, а заодно тщетно пытался добиться, чтобы их соблюдал и его безнадёжный гуляка-отец.

И вот теперь ему почему-то не было стыдно. Или почти не стыдно. Ведь он уже не сомневался, что речь идёт не о минутном увлечении. Пока он понятия не имел, куда все это его приведёт, Но одно знал точно: Танзи вряд ли выставит его за дверь. По крайней мере не сейчас.