— У меня нет товара? — удивился я.

— Анастасия есть. Анастасия припрятала, — высказали предположение. Больше некому.

— И что?

— Где она?

— Кто?

Как мы не продырявили друг друга пулями — трудно сказать. В конце концов я вытянул из рюкзака аудикассету и предупредил Собашниковых, что подход к данной проблеме у них принципиально неверен. И предложил послушать документальное свидетельство, после чего им будут ясны дальнейшие перспективы на собственную жизнь.

— Он о чем? — не понял старший. — О чем базарит?

Петечка оказался смекалистее, и скоро вместо классических музыкальных гамм в кают-компании раздался бархатистый голосок господина Дыховичного, излагающего свой взгляд на текущие вопросы нашего бытия.

— Не волнуйся, Лева, — успокаивал он мэра. — Все будет тип-топ. — И мелко смеялся. — Пусть братки ищут товар, пускай. Только не найдут, сукины дети. А не сыщут — секир-башка, ха-ха.

Братья Собашниковы крепко задумались. Тишина была такая, что было слышно, как в бухте Янтарная неосторожным мореплавателям сигналят азбукой морзе дельфины. Потом старший из Собашниковых выматерился так, что я почувствовал себя сопливым гимназистом в начальном классе. Младшенький был более сдержан и попросил объяснений.

— А какие могут быть объяснения, господа, — сказал я. — Вас хотят коцнуть.

— За что?

— Это не ко мне. Это к Папе-духу, — но после того, когда понял, что мои собеседники нервничают, и сильно нервничают, снизошел к изложению фактов.

Моя версия основывалась на том, что господин Дыховичный являлся представителем столичных структур, занимающихся бизнесом на «слезах мака». Понятно, люди эти серьезны и не терпят ни малейшего сбоя в своей коммерции, где действует закон: не желаешь иметь никаких проблем — руби головы.

Когда была обнаружена пропажа двенадцати килограмм товара, между Папой-духом и братьями состоялся нелицеприятный разговор, не так ли? После этого Собашниковы повели активные поиски вора, никак не подозревая Анастасию. В это время простенькая, как ситец, девочка вышла на подружку Викторию Шкурко, доверяя ей, как самой себе. Та обратилась к любовнику Суховею. Конечно же, бывший ментяга в той или иной мере имел информацию о деятельности постояльца «Орлиного гнезда». Туда он и отправился с лейтенантом Татарчуком и двумя дурехами. Но перед этим его взяла в крепкий оборот гражданка Милькина, решившая сыграть свою игру — игру на опережения. Каким-то образом она узнает от бывшего сослуживца Суховея, где хранится бесценный товар. Последующие события вполне закономерны: бывшая подполковница мастерит засаду у бухты Янтарная, надеясь таким радикальным способом завладеть порошком. Не учла Александра Алексеевна опыта и мудрости Папы-духа, который мгновенно взял ситуацию под контроль, как только ему под нос кинули для вкусовой пробы упаковку — его упаковку. Чтобы отыграть роль благородного идальго, которого все обманывают, он потребовал от братьев Собашниковых совсем мало — вернуть товар. До полудня. И навел тень на плетень, назвав имя Анастасии, не так ли?

— Так, — ответил старший из Собашниковых. — Но где товар-то, мужик?

— Догадайся с первой ноты, — посоветовал я. — Нота «Па».

И продолжил излагать свою версию событий: господин Дыховичный решил вернуть не только товар, но и убрать из дела и, может, из жизни провинившихся братьев Собашниковых, не сумевших как бы соответствовать договору о сотрудничестве. Для этого была взята в кровавый оборот Вика Шкурко. Под пытками она назвала место тайника, после чего её изуродованный труп был кинут в придорожных кустах горной трассы — кто будет искать?

Однако на этом фарт отвернулся от Папы-духа.