Кейт нахмурилась.

— Защитниками?

— Защитниками человечества. Большинство было просто жертвами с уникальной способностью, которая не могла помочь им выжить. Особое зрение — как у тебя — не помогло им спастись. Выживание зависит от характера, а не от особого зрения. Но ты не просто выживаешь, Кейт — ты защищаешь других. А это большая редкость даже среди вашего вида.

— Да с чего ты это взял? Никакой я не защитник. Это ты меня защищаешь, не забыл?

— Я не про то. Ты помогала А-Джей определять убийц?

— Ну, да, но...

— Этим и занимается защитник. Он не просто удирает от убийц, а поворачивается и встречает их лицом к лицу. Он хочет остановить их. Леса полны волков. Стремление защищать стадо от волков у тебя в крови. Ты, Кейт Бишоп — неотъемлемая часть бесконечной борьбы человечества с самим собой.

— Ты говоришь загадками, Джек Рейнс.

Он коротко улыбнулся.

— Извини. Поэтому я и пишу вторую книгу, но, раз уж она еще не закончена, завтра я попытаюсь все тебе объяснить. Но только после того, как ты отдохнешь. А там уж тебе решать.

— Что решать?

— Правда ли ты хочешь выжить. Иногда даже я не знаю, хочу ли жить дальше.

Кейт осталась ждать в машине, а Джек небрежно пошел проверять вход. Чем больше она узнавала его, тем больше понимала, что его никак нельзя было назвать небрежным, когда дело касалось возможных проблем или людей, которые могли увидеть Кейт и доставить неприятности.

Все проверив, он вернулся к машине, достал из багажника их с Кейт сумки, а потом открыл пассажирскую дверь.

— Ничего подозрительного. Кажется, это спокойное местечко. Подними воротник и опусти голову — пусть волосы закрывают лицо. Не хочу, чтобы кто-то увидел тебя, пока ты не привела себя в порядок.

Кейт понимала, что Джек имел в виду «пока не смоешь с себя кровь». Во время драки с хищником, перемазанным в крови зверски убитых Майка, Райана и А-Джей, на Кейт попала их кровь и кровь из ран самого хищника. От этой мысли девушке становилось дурно. Боль утраты была невыносима.

Когда они покинули темную парковку и вошли в ярко освещенный задний вестибюль, Кейт забрала у Джека свою сумку на колесиках и покатила ее за собой. Тонкие колонны отделяли от холла атриум, в центре которого журчал пруд с карпами. Посаженные вокруг растения и цветы превращали пруд в некий оазис посреди искусственной травы.

Влажный воздух принес с собой острый запах хлорки из бассейна. На противоположной стороне атриума по коридору шла небольшая группа людей, которые разговаривали и смеялись. Они были поглощены беседой и, возможно, навеселе, поэтому даже не посмотрели в сторону Кейт.

После всех событий этой ночи цивилизованная обстановка в мотеле вводила в ступор. У девушки было такое чувство, словно, покинув с Джеком офис, она прошла через зеркало в иную реальность с незнакомыми ей правилами.

Джек проверил коридор за углом, и они поднялись на лифте на второй этаж. Мужчина с женщиной на другом конце коридора открывали свой номер. Кейт сомневалась, что с такого расстояния они заметят кровь на ее черной одежде. Она не поднимала головы, пока Джек вставлял в замок ключ-карту.

Дверь со щелчком открылась, и Джек вошел в номер. Кейт уже привыкла к его манере все проверять, поэтому стояла в дверях, пока он не закончит осмотр. Наконец, он кивнул, разрешая войти. Ее так и подмывало спросить, как убийца мог узнать, в каком мотеле и номере они остановятся, но она решила не заострять на этом внимание.

Уютный номер был оформлен в нежно-желтых и насыщенно-коричневых тонах. За двойными французскими дверями располагалась гостиная с телевизором. В номере было две ванные комнаты, а в спальне стояли две огромные кровати.