Кейт сидела и молчала, ошеломленная глобальностью происходящего.

— Я всего лишь человек, который может узнать убийцу по глазам, — наконец вымолвила она, словно моля о пощаде.

— Если мир не разлетится на куски в одночасье — а шансы уцелеть у него неплохие — все будут влачить довольно жалкое существование. Мир будет походить на тот, где ты выросла, но обстановка будет ухудшаться день ото дня, влияние преступности на повседневную жизнь будет лишь увеличиваться, банды будут процветать, терроризм продолжит распространяться. Жизнь будет становиться все хуже, но большинство не заметит перемен из-за их плавности. Люди слишком заняты выплескиванием ненависти в соцсетях, возмущаясь сиюминутным вещам. Но великие изменения в истории происходят именно так. Будь уверена, мир медленно катится к новым темным временам. Одной человеческой жизни не хватит, чтобы достичь дна пропасти, но каждый наш новый день будет чуточку хуже, в нем будет чуть больше несправедливости, опасности и беззакония. Таков неумолимый ход маятника. Хищники, тем временем, продолжат охотиться на тебя. Ты не можешь изменить судьбу мира, и тебе остается только жить — если согласна жить плохо. Если не сможешь как следует спрятаться — а я сомневаюсь, что сможешь — тебе придется убивать преследователей. А значит, тебе придется исчезнуть из поля зрения полиции и все более авторитарного правительства, чтобы оставаться хотя бы в относительной безопасности. Так ты сможешь надеяться, что однажды полюбишь кого-то и разделишь с ним свою жизнь. Может, у вас будут дети. Это значит выживать и делать все возможное, чтобы растить детей и наслаждаться тем хорошим, что есть в жизни. Это значит брать все от мира, в котором ты родилась — так же, как делали все люди испокон веков.

— Разве что мне придется убивать людей, если я хочу жить.

Джек кивнул в сторону двери.

— Не всем суждено пережить эту ночь. Возможно, кого-то убьют за двадцатку баксов в кармане, кто-то погибнет в пьяной драке, а чьи-то мозги вышибет шальная пуля. Люди умирают каждый день. Да, ты стала целью высших хищников, но мы можем умереть по пути к машине от рук свихнувшегося наркомана или погибнуть в автокатастрофе. Может, ты умрешь сегодня в своей постели от аневризмы сосудов головного мозга.

— Боже милостивый! Джек, да ты просто мастер вести романтические беседы!

— Я просто говорю, что ты не должна считать свою жизнь несправедливой, а себя — жертвой. Нельзя подать прошение в некий высший суд и попросить другую жизнь. Твоя жизнь — это бесценный дар, как и твоя способность, которая поможет тебе заметить опасность там, где обычный человек ничего не заподозрит. Более того, твоя способность может спасти жизни другим невинным людям, и это прекрасно. Твоя жизнь принадлежит тебе. Если хочешь выжить, тебе придется делать все возможное для своей защиты и жизни на всю катушку.

— Ладно, ладно, я поняла. Нужно пристегнуть ремень безопасности и надеть шлем.

Джек улыбнулся.

— Все гораздо сложнее. Но жизнь по-прежнему удивительна и потрясающе прекрасна. Она у тебя одна. Так живи, Кейт. Сражайся за свою жизнь, если придется.

Кейт стало дурно.

— Я все понимаю, но чувствую себя загнанной в угол. Будто уже никто не в силах мне помочь.

Джек поднял руку, изображая добровольца.

— У тебя есть я. Я не оставлю тебя одну, пока ты сама этого не захочешь. Я тот, кто все понимает и знает, с чем ты столкнулась.

— Спасибо, Джек, — сказала Кейт, выискивая в контейнере кусочек курицы. — Думаю, мне живется гораздо лучше, чем женщинам в темные века, которым постоянно угрожали мародерствующие варвары.