|
Они управляют сотнями тысяч бот-сетей и используют их для самых разных задач — массово скупают электронные билеты на аншлаговые концерты, чтобы потом продать их по завышенной цене; проникают в сопряженные системы с помощью вирусных программ, маскируясь под сторожа и используя его ключи для открытия нужных дверей. Эти синдикаты — крупные фирмы, зарегистрированные, как правило, в оффшоре. Их управление схоже с управлением любого крупного бизнеса, и у них есть огромные отделы, занятые написанием вредоносных программ для обхода защитных систем или даже для проникновения в конкретную компанию или правительственное учреждение. Такого рода программный код продается по секретным каналам тем, кто больше заплатит — например, людям, желающим проникнуть в KDEX. Они постоянно ищут новые способы взломать компьютеры наших сотрудников и установить свои подпрограммы в нашу систему, пытаются привязать нашу базу данных к своему серверу. Если это им удастся, они получат доступ ко всему — к почте, паролям, проектам и тому подобному. Они добывают данные, анализируют переписку в поисках паролей или ценной информации. Мы подвергаемся подобным атакам преступных синдикатов и иностранных государств двадцать четыре часа в сутки. В день может произойти не одна тысяча атак. Мы производим компоненты оружия, и это превращает нас в большую жирную цель для хактивистов, которые стремятся уничтожить государственную систему обороны. Политический хактивизм — это незаконное использование компьютерных систем для насаждения анархии путем дестабилизации и разрушения нашего мира.
В голове Кейт крутилась мысль о том, насколько безнадежны попытки обеспечить безопасность в сети. — Похоже, плохие парни превосходят нас численностью. — Если бы люди знали, насколько сетевая преступность незаконна и бесконтрольна… Давай покажу. — Брайан положил клавиатуру себе на колени и принялся печатать. — Это карта атак, разработанная компанией Norse, чьими услугами мы пользуемся. Он набрал в адресной строке map.norsecorp.com, и на экране появилась карта мира. Брайан ткнул пальцем в монитор. — Хакерские атаки представлены полосами света, которые летят от источника атаки к ее цели, пересекая земной шар. Здесь, под картой, все эти атаки записываются. Их так много, что время регистрируется до тысячной доли секунды. Кейт была ошеломлена этой картиной. — Похоже на Третью мировую войну. — Это хакерские атаки в реальном времени, — продолжил Брайан. — Иной раз бывает гораздо хуже, чем сейчас. Norse создали миллионы ловушек, которые находятся в сотнях центрах обработки данных по всему миру. Они имитируют компьютеры, сервера, мобильные устройства, офисное оборудование, — все, что только можно. Мы сотрудничаем с Norse, потому что они отслеживают в том числе и атаки на промышленное цифровое оборудование. В журнале атак можно посмотреть, откуда они исходят, и оценить характер угроз в любой момент. На карте царил непрерывный хаос: цели подсвечивались разноцветными кольцами разного размера в зависимости от плотности атак. Временами это походило на поверхность Солнца. — Словно снова настал четвертый век, и мы переживаем вторжение гуннов, которые грабят, убивают и истребляют все созданное человечеством, — сказал Брайан. — Масштаб урона просто поражает. Преступность непрерывно растет, но плохие парни крайне редко получают по заслугам. Немалая доля этих атак исходит от других стран, которые стремятся взломать все наши системы. Словно больше нет никакого закона и порядка. Никто и ничто больше не в безопасности. Словно вся цивилизация трещит по швам. Перед Кейт предстал мир преступной деятельности и кибератак, о котором она никогда особо не задумывалась. — Конечно, это ужасно, — согласилась она. — Но что насчет того взлома, о котором ты хотел мне рассказать? Прежде чем ответить, он сделал глоток диетической колы. |
