— И поэтому ты показал мне ошибочность моего ощущения безопасности.

— Лишь отчасти, — сказал Джек. — К счастью, тебя довольно трудно отследить: бόльшая часть информации о тебе удалена из сети. Возможно, именно поэтому убийца сначала отправился к твоему брату — его найти проще.

Кейт снова испытала угрызения совести и чувство вины за то, что не была рядом с Джоном.

— Если ты никогда не виделся с Эвереттом, почему был уверен, что он имел такую же способность, как я или Джон?

— Ну, убийца вырезал ему глаза, так же, как и Джону. Это не случайно. Повторюсь, я сомневаюсь, что у твоего дяди способность была сильно развита, но убийце было плевать на это.

Кейт сглотнула при воспоминании о картине в доме Джона.

— Зачем они это делают? Зачем вырезают жертвам глаза?

Джек некоторое время смотрел в ночь.

— У них на то свои причины.

Услышав столь отстраненный ответ, Кейт решила не давить на него. Она была не уверена, что хочет знать правду.

— Хищники, которые убивают таких, как твой брат, умны, безжалостны и неумолимы, — сказал Джек, по-прежнему глядя в темноту. — Они придут за тобой. Для них это всего лишь игра.

Игра. Пальцы Кейт, стиснувшие руль, дрожали.

— У них есть моя фотография, — прошептала она.

— Что? — спросил Джек, бросив на нее тревожный взгляд.

У Кейт скрутило живот.

— На дверце холодильника Джона висели фото. Джон сам фотографировал меня на пленочный фотоаппарат, а потом печатал снимки. Эти фото пропали из его дома.

Кейт заметила, что Джек сжал кулаки.

— Вот почему я здесь, — наконец заговорил он. — Ты уже вляпалась по уши, хотя даже не подозревала об этом. Я здесь, чтобы не дать тебе утонуть, пока ты не научишься плавать.

Их взгляды на миг встретились.

— Иначе... Что?

— Иначе завтра для тебя не наступит.

Кейт замолчала, ведя машину во враждебную темноту.

— Мой редактор. Извини, нужно ответить. Возможно, у нее есть наводка на того, кто нуждается в моей помощи.

— Без проблем, — сказала Кейт, сворачивая на юг, на шоссе Харрингтон, которое вело к ее дому.

Она задумалась, сколько в мире похожих на нее людей, за которыми охотятся хищники, и машинально проверила по зеркалам, нет ли за ней хвоста. Одинокая женщина всегда была мишенью. Далеко не все осознавали это, но Кейт осознавала и чувствовала, когда за ней следили.

Через зеркало заднего вида Кейт наблюдала за автомобилем, правая фара которого смотрела в землю из-за помятого крыла. Она заприметила его, еще когда свернула на трассу I-90. Он все это время ехал за ней, и Кейт испытала облегчение, когда автомобиль не повернул на шоссе Харрингтон.

Однажды ее преследовал внедорожник с четырьмя крупными и нетрезвыми мужчинами в татуировках. Внедорожник оказывался рядом на каждом светофоре, они пытались привлечь ее внимание и остановить. Раздосадованные тем, что она не останавливается и игнорирует их, отморозки преследовали ее до самой федеральной трассы, порой находясь в паре футов от заднего бампера ее машины.

Когда внедорожник равнялся с ней, двое мужчин на пассажирских сиденьях буквально свешивались с окон, стуча по дверям машины и выкрикивая, что они хотят с ней сделать, перемежая скабрезности смехом и расписывая, как ей это понравится. Некоторое время она ехала рядом с ними, превышая скорость на двадцатку, а затем в последний момент свернула с федеральной трассы на съезд. Они промчались мимо, не имея времени повторить ее маневр, и больше она их не видела.

За рулем или нет, Кейт всегда следила за теми, кто уделяет ей слишком много внимания.