Его внутренности сжались, а сердце бешено забилось. Любовь. Настоящая, и от Лейни. У него закружилась голова. Он не заслуживал её, но мысль о том, чтобы потерять, пронзила, как меч.

— Понимаю, всё быстро, и, вероятно, бессмысленно, но учитывая, кто мы? Кого потеряли? Я люблю тебя, Мэтт. И держу тебя. — Она улыбнулась, и мир сузился. — Я всегда считала, что кто-то предназначен для меня, и когда я найду этого мужчину, пойму. В ту секунду, когда я увидела тебя в переулке, что-то во мне узнало тебя.

Эта женщина устрашающе обращалась со словами, которые имели смысл для него. Возможно, только для него. Адреналин бушевал, заставляя первобытную потребность заявить на Лейни права самым доминирующим образом. Он хотел запечатлеть себя так глубоко внутри неё, чтобы всегда быть там. У них не было вечности. Возможно, у них даже нет и часа. Но Мэтт хотел, чтобы она помнила его до последнего вздоха, и будь его воля, она жила бы ещё десятилетия. Она провела пальцами по его члену, и внимание вернулось к ней.

— Ты убиваешь меня.

— Сохранить тебе жизнь — одна из моих главных целей, — пробормотала она хриплым голосом.

— Какие у тебя ещё цели?

— Раздеть тебя. Довести до оргазма нас обоих столько раз, что перед глазами всё не поплывёт. — Она отступила и стянула с него джинсы. — О-о-о. На этот раз чёрные боксеры. Ты полон сюрпризов, не так ли?

Её речь была слишком чёткой, а он едва мог выдавить из себя ворчание. Хватит об этом.

— Ты понятия не имеешь. — Он потянулся к краю фланели и стянул материал через голову. — Почему бы мне не показать?

***

Лейни стояла в свете камина и облизала губы, когда Мэтт отбросил боксеры в сторону. Коэффициент её интеллекта достигал трёхзначных цифр, и реальность вечная спутницей. Мало шансов, что они выберутся из леса до того, как командир доберётся до них. Они в меньшинстве и без оружия.

Но такова жизнь. И у них есть этот момент. Не было времени на скромность или беспокойство о будущем, сейчас оставались только эмоции, интеллект и инстинкты, и все говорили, что Мэтт хороший парень. И принадлежал ей. Близость к смерти всё прояснила.

Она любила его.

У них есть примерно час. Поэтому она прижалась к Мэтту и скользнула пальцами по потрясающему прессу. Мэтт запустил руки ей волосы, с силой и напором оттянув голову назад. Сексуальное рычание вырвалось из его груди, прежде чем он прижал свой рот к её губам. Гладкие и твёрдые его губы играли с ней так, будто в их распоряжении всё время мира. Лейни прижалась к Мэтту, расслабляясь и закрыв глаза. Желание разлилось по системе жаром и эмоциями. Момент имел значение, и каким-то образом всё ощущалось по-другому. Лейни открыла рот, и Мэтт скользнул языком внутрь. Он целовал её с контролем и жаром, как делал и всё остальное в жизни. Вот только на этот раз ему необходимо потерять контроль, и Лейни об этом позаботится.

Поэтому она обхватила основание его ствола, игнорируя эротическую боль в голове. Длины её пальцев не хватало, чтобы обхватить член полностью, так что она крепко сжимала. Он замер и отстранился, изучая её лицо. От желания его глаза потемнели до цвета чёрного дыма.

— Ты куда-то спешишь?

— Нет. — В её улыбке чувствовался вызов. Я думала, что возьму контроль в свои руки.

Он опустил подбородок. Напряжение завибрировало в воздухе с мужественной остротой — момент спокойствия, когда мир замолкает, перед тем как вспыхнет пожар. Мэтт запустил пальцы в её волосы.

— Ты думаешь, что сможешь сохранить контроль? — Его голос понизился до чисто греховного хрипа.

Лейни стала влажной, мышцы живота завибрировали от желания.